Выбор сердца

Пока она взрослела, роль соблазнительницы порой становилась частью мошенничества, но дядя Джек бдительно охранял ее и никогда не допускал, чтобы дело зашло слишком далеко.

Лили многое знала о поцелуях, однако никогда прежде они ее не затрагивали, не вызывали того сладкого томления которое охватило ее сейчас.

— Лили… — прошептал Ройал, покрывая поцелуями ее губы, ее нос и веки — и снова возвращаясь к губам.

Их поцелуй стал необузданным и бездумным. Его язык скользил по ее губам, проникал ей в рот, чтобы узнать вкус. Лили ощущала запах его мыла и крахмала на его шейном платке. Его шерстяной рейт-фрак грел кончики пальцев.

Она застонала от наслаждения, когда его губы скользнули по ее шее. Наслаждение затопило ее волной жаркого желания. Ройал целовал ее то так, то этак, целовал и целовал, словно ставил на ней клеймо своими жаркими губами, словно заявлял на нее свои права…

Лили задрожала. Она обвила руками шею Ройала и снова прижалась к нему, ощущая сильные мышцы его груди. Ей вдруг пришла в голову сумасшедшая мысль о том, что она хотела бы избавиться от всех барьеров, которые их разделяли, хотела бы прижаться губами к его коже, запомнить ее вкус… Она понимала, что это безумие — но тело все равно взяло верх над разумом.

Лили лишилась возможности мыслить и могла только чувствовать. Она не смогла бы сказать, сколько длился этот поцелуй или что могло бы произойти, если б она не услышала, как снаружи лабиринта кто-то окликает Ройала по имени. Она узнала по голосу его друга, Шеридана Ноулза — и тут осознание того, что она делает, обрушилось на нее словно порыв зимнего ветра.

Лили резко отстранилась. Посмотрев на Ройала, она увидела, что и он внезапно вернулся к реальности. Его щеки покраснели, дыхание стало неровным — и только теперь она заметила, что и сама так же задыхается.

— Это… это ваш друг.

— Наверное, нас ищут. Шерри пришел нас предупредить. — Он заставил Лили подняться со скамьи. — Этого не должно было случиться. Мне не следовало так поступать с вами. Мне очень жаль, Лили.

Она отвела взгляд. Глаза ее щипало от слез.

— Вы не виноваты. Мне надо было вас остановить. Вы принадлежите Джослин, а она — моя кузина. Когда вы узнали о том, какую жизнь я вела, вы решили, что я…"

"— Господи, да нет же! Я просто… я просто хочу вас, Лили. Когда я услышал, что вам пришлось испытать, мне стало больно за вас. Мне хотелось стереть эти годы, как-то защитить вас. — Он горько рассмеялся. — Да уж, хорошо я вас защитил! — Он оценил ее взъерошенный вид, стер влагу со щек, а потом поправил шляпку и заправил под нее светлый локон. — Нам надо идти. — Взяв Лили за руку, он быстро зашагал по лабиринту, увлекая ее за собой. У самого выхода он приостановился: —Я уйду первым. Мы с Шериданом собирались ехать верхом.