Право на выбор

Выпьешь со мной? За удачу, чтобы все задуманное получилось — в моем мире есть такая традиция.

Дождалась согласия, встала, подошла к столику у окна и, загородив его спиной, нащупала крохотный пузырек за шторой на подоконнике. Гарард говорил, нужно вылить полностью… Вот так… Наполнила вином два бокала и возвратилась к кровати.

Савард, небрежно заложив руки за голову, смотрел в потолок, и на его губах блуждала счастливая улыбка. Сердце заныло с такой силой, что даже дыхание перехватило. В душе царил настоящий хаос, в котором перемешались любовь и сожаление, боль, отчаяние и чувство вины.

Тряхнула головой. «Делай что должен, и будь что будет!» — так, кажется, говорят на Земле, когда предстоит нелегкий выбор. Что ж, последую мудрому совету.

— Ты рассказывала, что у вас принято произносить пожелание и чокаться. — Мужчина повернулся ко мне. Глаза его тоже улыбались. — Покажешь, как это?

Заснул Савард на удивление быстро. Я мягко выпуталась из крепких объятий — даже сейчас сиятельный не хотел меня отпускать — набросила халат и пошла за Кариффой.

Наставница принесла мою новую одежду, дождалась, пока я переоденусь, и вручила большую заплечную сумку — такие обычно брали с собой простолюдинки, когда им приходилось путешествовать. Торбу эту мы упаковывали вместе, так что я прекрасно знала, что и где в ней лежит. Мы быстро спустились по лестнице, и я открыла вход в библиотеку.

Настоятельница явилась почти мгновенно, словно только и ждала нашего появления. Тут же потянулась к моей спутнице."

"— Подождите, — вскинула руку, останавливая ее, — еще одно мгновение.

Молча оглядела бледную сосредоточенную Кариффу. Хотелось так много всего сказать ей. А с другой стороны, к чему слова, если и так все ясно?

— Береги себя, девочка. — Старуха дотронулась до моего плеча. Невесомо погладила, едва касаясь тонкими сухими пальцами, и неловко добавила: — Глупо, но я, кажется, стану скучать по тебе, Кэти.

— Я тоже, наставница. — Комок в горле никак не хотел сглатываться.

Поняла вдруг, что мне действительно будет ее не хватать. Этой удивительной, странной женщины, которую я сначала опасалась и недолюбливала, а потом научилась уважать. За стойкость духа, спокойствие, рассудительность, умение всегда оказаться рядом в трудную минуту. За неизменную поддержку и заботу.

Через несколько минут все закончилось. Я помогла пошатывающейся Кариффе подняться наверх и уложила ее на диване в гостиной. Скоро она уснет, а когда проснется, ни о чем, что связано с моим уходом, не вспомнит.

Снова вернулась к хранилищу.

— Пора, Катя. — Голос настоятельницы звучал почему-то насмешливо. — Ты уверена, что ни о чем не забыла?

— Уверена. — Облизала внезапно пересохшие губы.