Выбор короля эльфов

Может, у вас есть вопросы?

– Один и главный: во что я ввязался? Это какой-то правительственный эксперимент?

– О нет, это всего лишь помощь дружественной планете. Всё, мной ранее сказанное во время собеседования, правда. И есть еще такой нюанс – эльфы не могут врать. Точнее, технически, конечно, как и все люди, могут, но это за пределами их морали и традиций. Зато они мастерски умалчивают и обходят правду, поэтому формулируйте всегда вопросы конкретнее. Желаю вам хорошо разместиться. Планета на самом деле замечательная!

Дункан посидел еще несколько минут в тишине перед погасшим экраном. В то, что происходящее не эксперимент, он не поверил, слишком уже всё чудно выглядело снаружи. Не хотят говорить, ну и ладно. Его задача – лечить людей. Тьфу ты, то есть эльфов. Не так-то просто к этому быстро привыкнуть.

Дни в преддверии представления прошли суматошно, хотя король им, естественно, и не занимался. Но вот эти дергания за ниточки старых связей, поиск информации в обход своей же тайной службы: кто-то же сообщил Лоргану, что король отправится в Омьяжгере, и позднее, что он уже там и пора крушить башню. Задача с распределением аэрокаров и завершающаяся установка малого замкового щита… И это всё помимо текущих вопросов, которые ждать тоже не собирались. Бремя короны не было легким, но Анарион по этому поводу никогда и не заблуждался.

Беседа с доктором вышла короткая, но содержательная. Кажется, каждый из них вынес из нее главное для себя: Дункан – круг своих задач и возможностей, а его величество убедился, что Джарэд (его друг-землянин, взявшийся помочь в этом вопросе) выбрал человека с устойчивым психотипом: Копалиани не впал в панику, не стремился быстрее улететь восвояси и в отчаянии не рвал на себе волосы. Ко всем вопросам и неудобствам хирург подошел с рациональной стороны, и такой подход Анариона очень даже порадовал. Молодой король терпеть не мог истеричных личностей в своем окружении. Тем более если это были мужчины.

В этот раз, впрочем, как и во все последние дни, из рабочего кабинета Анариона глубоко за полночь выгнал Тирон, приведший прислугу делать уборку. Быстро сполоснувшись, король рухнул на кровать и тут же отключился. Но просто набраться сил не вышло. Откуда-то из подсознания разум вытащил образ девушки. Незнакомка не имела каких-то конкретных очертаний, но молодой король чувствовал, что знает, кто она. Ее смутное присутствие во сне будоражило. Его величество протянул руку, и она погрузилась в шелковистые, дивно мягкие и черные, словно обсидиан, волосы незнакомки. Прядки струились между его пальцами, ускоряя сердцебиение… Но тут картинка исказилась, кисть оказалась погруженной, насколько это возможно, в короткий, но очень плотный ежик. Анарион от неожиданности проснулся.