Выбор короля эльфов

Ее маленький комочек, мирно посапывающий сейчас на груди в повязанном слинге. Плоть от плоти ее и эльфа, которого она безмерно любила. Любила и пятнадцать лет ждала. Ее Накилон – настоящее чудо. Только благодаря технологиям других миров ей удалось забеременеть от эльфа, которого нет в живых. Само имя, обозначающее «победитель», уже говорило за себя. Сын был их с Мараиком победой. Неожиданным, но таким желанным преимуществом жизни, поправшим смерть.

В иных мирах княгиня Серебряного Ручья успела увидеть многое, но ей ни разу не захотелось там остаться, и не только из-за слова, данного своему королю. Валинор как будто звал ее, и вот она вернулась. И сейчас, стоя на верхней ступеньке трапа, Вестеле аж зажмурилась от счастья. Это солнце, лес, да даже сам воздух казались такими прекрасными, как нигде во Вселенной! Это был ее мир. Ее и новорожденного князя Серебряного Ручья и Ясеневого Леса.

Вестеле наслаждалась каждым шагом, сделанным по родной земле. Она знала, что с крейсера любопытными глазами смотрят десятки человек. Еще бы: загадочная планета, до которой столько летели и на которую нельзя даже ступить. А увидев свою гостью в весьма непривычном наряде, команда и подавно с трудом сдерживала интерес. Пускай! Каждый из них связан документом о неразглашении. Вероятно, в будущем всё изменится, а может, и нет. Теперь, когда у Валинора молодой король, возможны значительные перемены. Но Вестеле верила в Анариона, как в никого другого. Он действительно хотел блага для их родной планеты, и княгиня готова была ему обеспечить поддержку во всем.

Ожидала ли Вестеле, что король приедет в пункт посадки? Если не врать себе, то да. За год много воды утекло, но было что-то родственное, хотя и не по крови, что их связало с Анарионом. Они переписывались по комму все эти месяцы, и княгиня даже показывала ему Накилона, но всё равно со странным трепетом ожидала личную встречу. И его величество приехал! Она сразу выхватила его статную фигуру, отделившуюся от группы охраны, и необычные даже для Валинора пепельные волосы. Король еще больше раздался в плечах, но самое непривычное, пожалуй, было видеть его улыбку, такую широкую и искреннюю.

Анарион подошел и без тени стеснения обнял ее. Потом заглянул в слинг и, отметив похожесть малыша на княгиню, с каким-то детским интересом, аккуратно, одним пальцем, погладил крошечную ножку в комбинезончике.

– Надо же, он и правда настоящий! – тихо засмеялся король, но тут же стал серьезным. – Мне очень жаль, Вестеле, что он никогда не узнает своего отца.

– Мне тоже, – вздохнула княгиня и добавила: – Но я уже преодолела скорбь. Нет смысла жалеть о том, что не в наших силах изменить. Надеюсь, перед его глазами будут другие достойные примеры.