Выбор короля эльфов

Как это случилось, почему, кто виноват, какая разница? Пережив первый шок, Копалиани предложил жене самый очевидный выход – воспользоваться донорским материалом. Он был уверен, что ребенка от этого не станет любить меньше! Мориса вроде бы обдумывала такой выход из ситуации, но потом…

Потом был самый страшный вечер в его жизни. Говорят, у каждого хирурга есть персональное кладбище. 30 сентября 2485 года у Дункана открылось свое. Впервые под его скальпелем скончался человек. Нет, уже начиная операцию, Копалиани знал, что шанс спасти попавшего в аварию юношу крайне мал, но всё же надеялся на мастерство и чудо. Хирургов учат психологически преодолевать такие вещи. Идти дальше. Поэтому Дункан, выполнив положенный в таких случаях протокол, взял себя в руки и поехал к жене, а не напиваться в бар, как ему советовали коллеги.

Но дома вместо Морисы на столе его ждала записка.

«Извини меня, Дункан, я всё хорошо обдумала. Сказать тебе в лицо мне будет очень тяжело, но ты же и сам знаешь, какая я трусиха! Поэтому вот так, на бумаге. Всё-таки не бездушное СМС в комме. В общем, я решила, что хочу нормальную полную семью с полноценным мужчиной, кто будет настоящим отцом моего ребенка. Вот эти роды от неизвестно кого, которые ты предложил, меня не устраивают. Постарайся меня, как женщину, понять и, если сможешь, простить. И не ищи меня, это и так всё очень травматично. Будь счастлив! Мориса.

P.S. На развод я уже подала, и, поскольку нам делить нечего, просто ожидай. Сказали, что уведомление о расторжении брака придет в твой личный кабинет на планетарном сайте в ближайшие десять дней».

Дункан перечитал записку трижды. Мозг никак не улавливал смысл. Это что – такой розыгрыш? Или, может, Морису похитили?! Убили?!! Мужчина кинулся к гардеробу, ящикам – всё было пусто. Вряд ли преступники стали бы собирать чемодан… Но возможно, для отвода глаз?! Вопреки написанному Дункан взял аэротакси и рванул к родителям Морисы. Те были дома и открыли, но, пряча взгляд, подтвердили – да, они лично отвезли дочь в космопорт.

– Ну ты же понимаешь, мы в первую очередь о ее счастье должны думать, – страшно смущаясь, проговорил ее отец.

Что было дальше в тот день, а также в два следующих, Дункан просто не помнил. Черная дыра на этом месте. Потом он сгреб себя в охапку и вышел на работу. Набрал дежурства в таком количестве, что зачастую спал в ординаторской на диване. По-прежнему преподавал, виртуозно проводил операции, но это как-то потеряло смысл. Один рутинный день сменял другой. Ничего не хотелось. Ел, потому что надо. Интерес пропал ко всему. Эдакая жизнь на автопилоте.

Копалиани был видным мужчиной – высокий, широкоплечий, с густой шевелюрой каштановых волос и пронзительными глазами цвета гречишного меда. Женским вниманием он никогда не был обделен.