Истинный выбор

 — Я ощутил, как кровь отхлынула от лица. — Вам нужно выбрать, кого спасать в критической ситуации: мать или дитя. Пока ещё есть время подумать и решить.

— Что? — Нахмурился ещё больше. — Почему я должен выбирать? Вы здесь для чего вообще? Я выбираю обоих! — Страх и злость на себя и своё бессилие раздирали грудь. Я нервно ослабил ворот рубашки.

— И всё-таки, Лорд Стилл, — целитель продолжал сверлить меня взглядом. — Не думайте над ответом слишком долго.

С этими словами мужчина вернулся в спальню, а я устало опустился в кресло, ссутулился, опершись локтями о колени, и зарылся пальцами рук в волосы. Кого спасать? Конечно, любимую, мою Ангелину! Вот только, имею ли я моральное право делать этот выбор? Если она узнает, никогда не простит!

Из спальни донёсся сдавленный женский крик. Чёрт, чёрт, чёрт! Сидел, зажимая уши, чтобы не слышать её криков и едва сдерживая слёзы. Время шло.

Внезапно дверь в покои открылась, и внутрь вошёл мужчина в дорожной одежде с небольшим чемоданчиком в руке. Его лицо показалось мне смутно знакомым. Следом, запыхавшись, вбежал дворецкий.

— Простите, лорд Стилл, я не смог помешать этому господину!

Я сделал жест рукой, прерывая его, и перевёл взгляд на вошедшего.

Посетитель кивнул и сказал:

— Прошу прощения за вторжение, лорд Стилл, я прямиком из Сортаната. Боялся не успеть.

— Целитель Каритас? — Я, наконец, вспомнил, кто передо мной. — Ангелина ждала вас. Вы сможете помочь, вы ведь спасёте обоих?

— Она так и не рассказала ему, да? — Каритас поправил очки на переносице и не сводил с меня внимательного взгляда. Я сразу понял, о ком речь, поморщился и ответил.

— Нет, мы не посчитали нужным сделать это.

— Признаться, я до последнего надеялся на лучший исход. Но что теперь говорить об этом. Напрасно вас обнадёживать я не стану. В вашей ситуации у ребёнка почти все шансы выжить. У матери — один из ста. Догадываетесь, кого я буду спасать? А теперь, если позволите, — с этими словами Целитель прошёл в спальню. Не понимая, что делаю, шагнул за ним следом.

Открывшаяся картина выглядела жутко. Ангелину было не узнать. Бледная, мокрая и измученная, с тёмными кругами под глазами, она лежала на боку, часто дышала и беззвучно плакала. Искусанные губы выглядели бордовыми от запёкшейся крови. На костяшках пальцев не было живого места. Но больше всего меня испугало то, что девушка даже не повернула головы и словно пребывала в беспамятстве.

— Вы свободны, — Каритас кивнул местному целителю. Тот почтительно поклонился и вышел — с целителем Его императорского Величества не спорят.

— Что там у нас? — Следующий вопрос был адресован повитухе."

"— Бедная девочка. Раскрытия почти нет, схватки затухли. Я дала ей стимулирующее зелье.

— Как давно?

— Час назад, — ответила женщина, взглянув на часы.