Герцогиня. Выбор императора

Чтобы они точно знали, что вы не отдали все на откуп действующим замам.

— Замам? — заинтересовалась герцогиня. — А тут и такие есть?

— Конечно. Аж целых два. Один отвечает за бытовые нужды, другой за безопасность. Плюс еще личный завхоз. Эту троицу подбирал сам Вайне, но, честно говоря, не думаю, что вы с ними сработаетесь.

— И почему же?

— Ну… — Эмли замялся, а вместо него ответила Леода:

— А потому, что это были его приятели, с которыми они творили все, что хотели. Барон их ото всего прикрывал, а они за это приносили ему неплохой и незаконный доход. А вас они просто ни во что не ставят.

— Леода! — вспыхнул мужчина, но та отмахнулась.

— Что Леода? Сам знаешь, терять такое место они не намерены и искренне считают, что смогут остаться. Пока госпожа будет «вертеться» при принце и императоре, они возьмут «уж так и быть» все остальное на себя, так что ничего у них не изменится, — перекривила она чью-то речь. — Я сама слышала, как они убеждали в этом министров и прочих работников."

"— Спасибо, Леода. — Лес благодарно кивнула девушке и повернулась к Эмли: — Это уже второй раз, господин Занис. Второй раз за сегодня, причем после моего пояснения. Вы собираетесь и дальше продолжать вести себя так же? — Она пристально смотрела на помощника, но тот упрямо уставился в пол. — Я не слышу, господин Занис! Ваш ответ! И прошу вас хорошо подумать, прежде чем вы его дадите, потому что если вскроется еще один подобный случай, мы с вами расстанемся, причем вы покинете дворец раз и навсегда без рекомендаций и денег. Но если при следующем подобном случае пострадаю я, моя репутация, подопечные или еще кто-то или что-то ценное для меня, то я вас уничтожу. Нет, вы не поняли, — усмехнулась Лес, смотря прямо в недоверчивые глаза, — я не убью вас, но ваша жизнь с этого дня превратится в кошмар. Вы сами наложите на себя руки. Это я вам обещаю. Так что подумайте. Уйдете сейчас, и репрессий с моей стороны не будет. Но еще один случай…

И она замолчала. Лес не соврала ни словом. Она не была всепрощающей и милостивой. И доброй тоже не была. Справедливой — да, но не более. Каждому по делам его! «Око за око и зуб за зуб» — это ее девиз. Если кто-то убил, значит, он должен умереть. Если мучил, должен отмучаться сам. Украл — верни в двойном размере. Естественно, все индивидуально, но в общем смысле… Да, она действительно искренне верила в воздаяние при жизни.

— Я… — наконец подал голос мужчина, но тот предательски у него сорвался, и ему пришлось откашливаться, чтобы продолжить, — прошу простить меня, миледи. Я клянусь, что больше подобного не повторится. Обещаю.

— Хорошо, — кивнула Амилеста, — я принимаю клятву и прощаю в последний раз. Что ж, раз уж такое дело, то пойдемте посмотрим на наших подчиненных.