Его выбор (СИ)

– Хватит! Я не твоя пара и не хочу…

– Но ты моя, – перебил мужчина, – и лучше тебе с этим смириться, Мия, по-хорошему, – сверкнули его глаза, предупреждающе.

Я замерла, как-то резко утратив весь пыл. Он ведь, что угодно может сделать. Как он там говорил? Это его город.

– Ладно, – обреченно выдохнула, – но я не перееду, пойми, мне за мамой необходимо приглядывать, – мой голос стал уж совсем жалобный, и я умоляюще посмотрела на него, – я не могу ее оставить.

– Ты можешь переехать сюда с мамой, места всем хватит, – убил своими словами альфа, обведя взглядом гостиную. Нет, места здесь немерено, но… как это с мамой?

– Нет, – покачала головой отрицательно, даже не представляя себе такого. С каким это я лицом к маме пойду? Как вообще смогу ТАКОЕ сказать? Она ведь даже не знает, что я на Макса работаю, а тут переезд… Не представляю. Просто не представляю. Да и не хватало ей еще чрезмерно беспокоиться из-за этого. Я и так ограждаю ее, не рассказывая всего.

– Мама ничего не знает, я не могу…

– Хорошо, Мия, – вдруг сказал мужчина, перебив меня, – я дам тебе время, – я резко выдохнула после его слов, такое облегчение вдруг испытала, – но ты… – вдруг оказался возле меня и провел ладонь по щеке, а я так и замерла от его внезапной близости и прикосновения. Рано обрадовалась. Рано. – Дашь мне шанс.

– На что? – непонимающе прошептала непослушными губами, – я не хочу с тобой больше, – отрицательно покачала головой, не договаривая слово, которое стало комком в горле – «спать».

– Нет, – отрицательно покачал головой альфа, прижимая палец к моим губам, сам не давая мне договорить, – я не об этом. Позволь, сделать все правильно, – убрал ладонь мужчина и вновь взглянул в глаза, выискивая что-то в них.

– А до этого? Как было? – прошептала, разозлившись в душе, но злость никак не хотела вырваться наружу оскорбительными словами, будто я интуитивно знала, что вспышкой агрессии только все испорчу и все же… Пусть не строит тут из себя хорошего. Помню я все… и укус, и после него…

– Я был не прав, – покаянно опустил голову.

Он извиняется? Извиняется???

– Но теперь ты хотя бы не боишься, – добавил, поднимая взгляд и столько в нем всего было… что я так и застыла, пришпиленная его взглядом, как бабочка к стене, которую поймали на иголку. Столько в его глазах было… жажды.

Слова просто пропали, не подбирались, я так и молчала, смотря на него, потому что… потому что все о чем я могла думать, что мне больше нечего бояться. Самое худшее уже произошло. Разве нет? Хотя – нет. Худшее только смерть… Но она меня даже не так пугала, как его решимость сделать меня своей.

Зачем это ему? Зачем? Разве он не получил все, что хотел? Задавалась вопросом, когда сумела сбежать от него, да и он не настаивал, услышав мое согласие на… на ухаживания? Брр.