Его выбор (СИ)

Я все думала, что она ему сказала, что он не выдержал? Дала ли она ему в руки орудие? Или он сам так решил и напал на охранника, как говорил Макс? Во второе верилось с трудом, но и делать маму убийцей не хотелось, а тот короткий и странный диалог шепотом между мамой Максом, что услышала возле двери, что-то вроде – «не говори ей», мог быть и чем-то другим… не могла же она на самом деле убить его? Или могла? Знаю, что не задам ей этот вопрос никогда. Она ведь все для меня делала, защищала, как могла, как умела. Хотя с другой стороны она ведь была в своего рода тюрьме, временного задержания, вряд ли бы ей позволили сделать что-то с ним, а после отпустили потом просто так. Значит, он сам все это… может быть, он был настолько недоволен крахом его дела, что не смог смириться с проигрышем? Да, это было более вероятней, чем то, что его огорчила моя мама. Он ведь ненавидел ее… вот где связь истинных дала сбой. Что же по этому поводу чувствовала я? Ничего. Просто ничего, для меня отец, если его вообще можно было так сказать, был никем, а если честно – он был олицетворением всего самого худшего, он принес столько боли, что у меня даже ничего не дрогнуло в душе, когда я узнала о его смерти, просто кивнула в ответ и все.

Но что самое удивительное, многие кого находили, и кто был причастен к фанатикам, даже не знали на кого работали и, что мой отец наполовину оборотень тоже. Я как-то спросила у Макса: «не смущал ли людей цвет его глаз и вообще неправильная форма не присущая людям» – на что он лишь качал головой. Оказалось, отца никто не видел, кроме приближенных, им было все равно, и тех, кто выполнял короткие поручения за деньги. Вот и получалось, что одним из главных в движении против оборотней был оборотень…

***

– Как ты себя чувствуешь? – спросил осторожно Макс, врываясь в мои мысли, заметив, что я усиленно, даже можно сказать озадаченно хмурюсь.

– Хочу чего-то, но не знаю чего, и это желание сбивает с толку.

– Может меня? – подмигивая, усмехнулся мужчина.

– Нет, – отмахнулась от него, а он вдруг серьезно переспросил.

– А ты когда ела в последний раз?

– Ммм, дай-ка подумать, – задумалась я, но тут живот издал такое громкое урчание, что я даже смутилась, покраснев.

– Идем в столовую, я повару скажу, чтобы тебе что-то приготовили. Ты что, так и не притронулась к еде утром?

– Меня выворачивало, вообще-то, – заметила я.

– Но все равно есть надо, – серьезно ответил мужчина и, взяв меня под руку, повел вниз, а после, оставив меня одну, скрылся в кухне, но я его быстро догнала.

– Я сама загляну в холодильник и скажу, что приготовить, – на изумленный взгляд Макса и повара, сказала я, уверенно направляясь к холодильнику, – а то ты не пускаешь меня в кухню, будто это какой-то секретный объект.