Его выбор (СИ)

– Так, научи как должно? Я просто, – чешет лоб и тянет свои волосы на голове, – я не знаю.

– Поздно, – зажмуриваюсь и отворачиваюсь к стене, сворачиваясь в клубок на диване, на который он меня положил, а ведь я даже не заметила, как в доме его оказалась, разговор в машине помню, а дальше пустота, будто выпала на несколько минут из реальности.

– Я все сделаю, только скажи, – слышу его тихое за спиной, но не отвечаю.

Пусть уйдет, пусть оставит меня и он будто слышит мою молчаливую просьбу – поднимается, диван под его весом пружинит, а затем раздает хлопок двери. Ушел, слава Богу.

========== Глава 18 ==========

Несколько дней, пока мама в больнице, пролетают для меня как в тумане. Что-то делаю, куда-то иду, навещаю маму, надевая на лицо маску безмятежности, большой радости за нее, и это все под надзором альфы, что хищной птицей кружит над моей головой, не давая расслабиться. Жалею ли я себя? Жалею. Разве я заслужила? Что я сделала такого, чтобы жизнь вот так меня наказывала? Дети… мужчина… из вида, которого стоит опасаться. Первая близость… отобранная им – все неправильно. Хочется, чтобы все это было сном, но я так и не просыпаюсь.

– Маленькая, мороженое хочешь? – спрашивает мужчина, когда мы возвращаемся из больницы.

Не на машине, правда – пешком, еще и за руку держит, чтобы не вырывалась? Или, чтобы всем показать, что у нас все хорошо? А у нас – нет, ни капли, я просто молчу большинство времени, впав в какую-то апатию, когда все равно, что происходит, лишь бы не трогали, но меня с упорством – трогают. Зато для прохожих, что видят нас на улице, наши соединенные руки, видимо, хороший знак, потому что провожают нас улыбками, кто-то даже подходит и поздравляет альфу. Не меня, конечно, меня не с чем поздравлять – его.

Не отвечаю, смотрю вперед, он что-то говорит о хорошей погоде, об отпуске, а я слушаю краем уха, но в голове все прокручиваю разговор с мамой в больнице:

– Я была неправа, насчет них, нельзя судить о целом виде только из-за одного, что сделал больно.

– О чем ты мама? – спросила я тогда, но мама отвела взгляд и так и не ответила, только Максу начала дифирамбы петь. Какой он хороший, замечательный… что не оставил ее в беде, а ведь она никто ему, даже не в его стае, а мне зубы сводило от восторга направленного на оборотня, что разрушил мне жизнь.

– А ты знала, что мы подписали вхождение в стаю Кристиана? – спросила аккуратно, выискивая ответ на ее лице, а мама… мама отвела взгляд, неловко ей стало под моим внимательным, и этот жест уже стал ответом. Как она только могла? Подумала я. Мы же вместе ненавидели оборотней, вместе против них были… а сколько раз она мне говорила избегать их общества, не разговаривать, переходить на другую сторону дороги, если увижу оборотня? Не сосчитать.