Его выбор (СИ)

Но и выбора я лишена.

Сжимает мою ладонь, двигаясь уверенно по коридору и минуя несколько поворотов, будто точно знает куда идти, и лишь когда останавливается возле одной из палат, отпускает мою руку. Я смотрю в окошко перед собой и вижу спящую маму, провожу ладонью по стеклу, но так и не решаюсь зайти внутрь. Ведь я не одна, а присутствие альфы удручает, да и не хочу будить ее. Главное, что теперь все хорошо и как бы я не хотела этого признавать, благодаря ему…

– Спасибо, – шепчу, поворачиваясь к альфе, и поднимаю голову, встречаясь с его глазами. Он исследует мое лицо, а затем решительно притягивает к себе в объятья, так что я утыкаюсь носом в его грудь.

– Прости меня, – слышу его тихое на ухо, вдыхая присущий только ему запах, и где-то глубоко внутри что-то болезненно дергается в ответ, посылая едва уловимую волну тепла, но, когда мужчина выпускает меня из объятий и командует: «поехали» в своей излюбленной манере повелителя, она испаряется.

Если бы все было так просто, уже бы простила, ну или хотя бы ради матери попыталась, но… что-то внутри, наверное, это и есть – затаенная обида, непринятие, непонимание его поступков, настойчиво этого не позволяют, возводя и укрепляя стены от проникновения.

Не надо иметь много ума, чтобы понимать, что поедем мы не ко мне и как подумаю, чего он ждет, так все внутри и переворачивается. Секса он от тебя хочет, Мия, секса, ехидный голосок внутри меня ухмыляется. Будто я не знаю, что именно за этим он везет меня к себе и если бы только это, если бы, но еще одна мысль, беспокойная, тревожная, не дает покоя.

– Я беременна? – спрашиваю тихо, когда мы отъезжаем от клиники, но, кажется, что мой вопрос звучит как раскат грома в тихом поле, только вспышки молнии перед ним не хватает.

Почему-то точно уверена, что он знает ответ на мой вопрос, а я не хочу ждать задержки, если она будет, и результатов тестов тоже, мне необходимо знать это сейчас. Но мужчина не отвечает, смотрит прямо перед собой, на дорогу, сжимает руль уверенно, направляя автомобиль в сторону его дома, не моего. Даже не смотрит на меня, игнорирует, будто и вовсе не слышал вопроса, но я-то знаю – услышал, и это… промедление, его молчание давят настолько, что дышать тяжело и воздух колючим кажется. И лишь, когда машина останавливается, а альфа выпускает из своих рук руль, звучит ответ.

– Да, – а вот и вспышка, с опозданием.

Выходит из машины, кинув на меня какой-то совершенно непонятный мне взгляд, оставляя наедине с этой новостью, а я… я даже вздохнуть не могу, дыхание замерло в груди. Ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Одно дело предполагать, сомневаться, даже надеяться, что пронесет, а совершенно другое знать точно – не пронесло. Голову сдавливает в железные тиски и, кажется, сердце вот-вот выпрыгнет из груди – разрывается.