Выбор дракона (СИ)

Есть настои, их достаточно закапать в глаза и они сияют волшебным блеском, юностью, свежестью – такие глаза он запомнит и вернётся к ним.

Есть запахи, которые околдуют его и он не выпустит тебя из жарких объятий, сведённый ими с ума.

– У нас итак всё хорошо, – обычная недальновидность молодой особы не удивила старую колдунью.

– Молодость не умеет наслаждаться. Она порывиста, спонтанна. Наслаждение мимолётно. А вот потом, когда расцветёшь, как это померанцевое дерево, принесёшь плод, вот только тогда вспомнишь мои слова.

Я научу тебя готовить этот настой, скажу волшебный заговор, и ты сможешь доставлять ему радость так долго, как только он сможет выдержать. Да и сама лизнёшь мёду.

А ещё дам тебе травки от хвори бессонной. Женщине надо спать. Хорошо, долго, сладко. Вот, смотри.

Женщина складывала в холщовый мешок пучки трав, объясняла что для чего. Туда же положила синий пузырёк:

Габи достала другой мешочек:

– Вот это Мареве передай. Давно надо было отдать, да не с кем было доверить.

Габи выглянула за дверь, прикрыла окно, подсела к Элен и стала нашептывать ей слова заговора от бессонницы. Девушка старательно повторяла, слушала.

– Элен, мешочек с травами и пузырьком я в сундук с вещами твоими сложу. А графинчик с флердоранжем сейчас бери. Будешь купаться, добавляй по капле. Для аромата.

Габи встала, прошлась по комнате.

– Ну, иди, Элен. Твой хозяин, верно, уже проснулся. Иди.

Элен с благодарностью взглянула на Габи, взяла графинчик и отправилась в шале.

Элен, легко перескакивая по пятнышкам редкой пожухлой травки между шпалерами виноградника, возвращалась от Габи.

Вид у девушки был лихой. Габи научила её подбирать подол платья в тугой узел, оголяя ноги до колена. Так легче было взбираться по сыпучему холму плантации.

Пробираясь через виноградник, Элен скинула башмаки, зажав их подмышкой, с удовольствием касаясь прогретого песка босыми ногами.

В зажатой руке она держала глиняный графинчик с настоем флёрдоранжа. Другой срывала спелые янтарные, с зелёным отливом виноградины.

С наслаждением придавливала их языком, наслаждаясь фруктовым мёдом. Счастливая девушка запрокинула голову: небо голубое-голубое, ни птички, ни облачка, прям глубина бездонная!

Глянув под ноги, Элен встала как вкопанная. На неё смотрели два подслеповатых глаза в мутной поволоке. Жёлто-коричневая змея лежала в шаге от голых стоп Элен.

Гюрза скручивалась, медленно подтягивала, свивала своё тело в кольца. Замерла, затаившись пружиной, готовая рвануть сию секунду.

Время остановилось, сердце Элен частило. Девушка смотрела в немигающие глаза, не в силах шевельнутся.

Нереальность происходящего притушила звуки, запахи вокруг: были только она и змея.