Выбор дракона (СИ)

Волка – дикого, кровожадного, можешь найти себе в лесу. Кстати, даже у волчиц не отбирают детей.

– Замолчи, Элен. Есть правила, изволь подчиниться.

– И не подумаю участвовать в вашем мракобесии.

– Элен, этот разговор лучше завершить сейчас. Ты перегибаешь палку. У нас впереди океан времени.

– Мне не переплыть в картонной лодочке через твой океан проблем.

Алонсо свирепел на глазах, Элен это не трогало.

– Алонсо, я не отдам сына никуда, если не буду видеться с ним хотя бы день в неделю.

Он молчал, наливаясь яростью, всё ниже прижимал подбородок к груди, тихо рычал.

– Ты знаешь, что такое расти без матери, Алонсо? А я знаю. И такого горя никому не пожелаю.

– Элен! – Алонсо хрипел, еле сдерживаясь:

– Да, я знаю. Именно так я и вырос. Без неё. И стал тем, кто я есть.

Злость взорвалась в нём. Чешуи частоколом полезли со лба. На бицепсах трещал лён рубахи. Раскалённым лезвием шип раскроил камзол. Казалось, сейчас он размажет Элен по стене, в бешенстве ударит её.

– Никогда, слышишь, Элен. Никогда не лезь в дела моего сына.

В нём бушевала беспощадная, звериная сила. Элен смело смотрела ему в лицо.

– Опусти глаза, опусти, иначе тебе несдобровать!

В этот момент она испугалась, сообразила, что это реальная опасность. Наклонила голову и приняла решение:

Она не смириться с расставанием, что грозит ей и ребёнку.

Он нависал над ней, от его рыка её потряхивало. Его непримиримость выжгла её силы, Элен опустилась в кресло, потёрла виски.

Алонсо резко наполнил фужер, осушил одним глотком, швырнул его в окно.

Звон тысячи осколков ливнем обрушился в зал. Рассыпался мириадами стеклянных брызг, закрыв рваными, ощерившимися остриями пол, мебель, подол её платья.

Он рычал в миллиметре от её лица:

– Скажи, что смирилась. Признай, правда на моей стороне!

– Не скажу. Даже драконам не вся правда по зубам.

Элен на негнущихся ногах шла к себе. Из головы не выходил его жестокий, огненный взгляд. Один раз она его уже видела. Когда он послал Руфину на смерть.

Ну что ж. В данный момент Алонсо для неё не друг и не враг. Сейчас он – обстоятельство, вынудившее принять решение.

И оно принято: бежать!

Элен вошла к себе, оперлась лбом в холодное стекло окна, вздохнула. Теперь каждая мысль была посвящена одной единственной цели: добраться до утёса, надеть парашют и прыгнуть.

Там, внизу пропасть около тысячи метров глубиной. Возможно, там другая страна, или фиг знает что там. Зато никто не помешает быть с ребёнком всегда. Вот туда и полетим – Элен поглаживала живот, ходила взад-вперёд по комнате.

Надо было усыпить всеобщую бдительность. Элен к вечеру сообщила Тильде, что устала, хочет спать. Служанка мгновенно уложила госпожу в постель, притушила свечи, заполнила камин дровами и ушла.

Элен помнила, в девять вечера меняется стража.