Я выбираю...

Я сидела рядом с Державиным за длинным столом и вяло жевала виноград. Подавиться им, что ли? А что, упаду в припадке удушья, меня сразу все надолго запомнят. Может ещё сжалятся и домой отправят.

— Итак, — заголосил на всю округу Державин, принимая на себя роль тамады. — Дамы и господа, думаю, пришло время выпить за нашего глубокоуважаемого юбиляра.

— Да, подожди ты, — прервал кто-то Влада. — Ещё не все. Ваня звонил, обязался быть минут через десять. Так что ты пока просто жуй сиди.

Гости захохотали.

А я вот напряглась. Не мог же это быть Чемезов? Мало что ли Иванов на этой земле? В этом городе живёт больше миллиона человек, ну не могу же я всё время на него натыкаться. К тому же Влад бы наверняка знал.

Нет, это просто паранойя. Берд мой.

С подозрением глянула на Державина, но тот на меня не смотрел, о чём-то громко беседуя со своим соседом.

Спокойно. Вдох-выдох. Не может сейчас Чемезов здесь появиться, просто не может. Это было бы слишком даже для моей неадекватной жизни.

Я ещё какое-то время успокаивала себя, пока на горизонте не появился уже знакомый мне чёрный джип. И словно в подверждение всем моим страхам кто-то крикнул:

— О, Вано приехал.

В этот момент я больно вцепилась ногтями в Державинское бедро.

— Ай, — застонал он. — Лизка, ты чего. Больно же!

— Ты знал, — зашипела я на него, стараясь не смотреть в сторону уже приближающегося к нам Вани. Толпа весело замахала ему и дружественно загудела. Сразу было понятно, что здесь он свой человек.

— Не знал, — заспорил со мной уже почти бывший друг. — Но догадывался. Лиза, это достаточно тесные социальные круги, тут так или иначе все друг друга знают. Но если ты про то, что я тебя сюда специально ради него притащил, то — нет. Не специально. Так что постарайся не превратить сегодняшний вечер в скандал. Иначе ты запомнишься не тем, чем надо.

И с силой разжал мои пальцы на своей ноге.

Я уткнулась взглядом в свою тарелку. Теперь точно можно было давиться виноградом и терять сознание, чтобы не участвовать во всём этом фарсе. Но упрямые глаза так или иначе всё равно раз за разом поднимались на Чемезова, который ещё ни о чём не догадывался. Он жал руку Глебу, целовал в щёку его жену. Потом пошли другие гости, по мере того, как он приближался к нам, я потихоньку скатывалась по стулу вниз под стол."

"Мы с ним не виделись почти четыре дня, но неудавшейся разговор всё ещё давил на меня. Да и не только разговор. Я ещё точно не поняла, как отношусь к информации о Толмачёве, но остатки совести шептали мне, что я причастна к тому, что Ваню отчислили из академии. И что с этим делать, я ещё не решила.

Наконец-то Ваня дошёл до нас с Владом. К моему удивлению, они пожали друг другу руки. А потом Чемезов замер, не выпуская ладони Державина.