Выбирай

– Но Максим Александрович…

– Нет, Викусь, у меня планы, – бросаю и прячусь от ретивых подчиненных в своем кабинете.

Бумаги, бумаги, бумаги, кучи звонков, и за целый день всего одна чашка кофе.

В начале шестого на телефон прилетает сообщение:

“Эй, друг, тебя не смущает, что ты уже на час опаздываешь?” и злой смайл с рожками, как прекрасное иллюстрирование лица “подруги”, когда та злится.

Быстро разбираюсь с оставшимся завалом, хватаю пиджак и, на ходу выдавая очередную порцию указаний, вылетаю из ресторана. Поглядывая на наручные часы, набираю девушке, которая голову мне открутит за топтание под палящим летним солнцем на остановке, СМС с чистосердечными извинениями.

По городу мчу, насколько вообще это возможно, объезжая пробки и заторы. Сегодня в парке намечается масштабный праздник – День защиты детей – и как бы это странно ни было, но это “дружеское свидание” я решил устроить именно там. Шум, гам, общая атмосфера праздника. Кати понравится.

Уже июнь. С ума сойти. Дни в календаре с момента появления в моей жизни девушки понеслись с сумасшедшей скоростью. Успевай только считать. Раньше я никогда не задумывался о неумолимом беге этой адской машины, а сейчас появляется ощущение, будто я теряю драгоценные минуты и даже часы, когда она не рядом. Каждую ночь, засыпая в своей кровати в одиночестве, я жалею, что сейчас она не здесь. Не знаю, с чем это связано, возможно, старость тихо решила подкрасться, по крайней мере, так ехидно заметила моя любимая матушка, но хотелось бы знать, как его – время – притормозить?

Подъезжаю к уже знакомой остановке, где стоит моя брюнеточка, и жду, пока, ругаясь на безалаберного друга, она изящно забирается в салон. В кремовом легком платье и босоножках на каблуках – она невероятная! Длинные, стройные ножки чертовски манят. Летящая, нежная, словно сама превратилась в то самое перо, наколотое на ее боку. Перо, которое я был бы не прочь увидеть.

Тихонько бурчу себе под нос проклятья, ощущая адский дискомфорт в узких брюках. Организм оживает и вполне логично реагирует на яркую картинку с того вечера, что всплывает в памяти. Ее нежная светлая кожа, по которой бегут мурашки от соприкосновений с иглой, красивый пресс и изящный чернильный рисунок. Каждую, мать его, ночь я вижу один и тот же сон!

– Глаза у меня выше, Гай, и тебе привет, – вырывает из сладких фантазий ехидный голосок подруги.

– Надо же, – ухмыляюсь, мысленно приказывая “дружку”, что готов выпрыгнуть из штанов, взять себя в руки. – Мои уроки хорошего тона прошли не зря! Ты научилась здороваться? – на секунду отвожу взгляд от дороги.

– Я даже могу сказать – я соскучилась.

– Правда? Нет, детка, это слишком много в один день. Выдавай мне, пожалуйста, свою любезность дозированно.