Вы признаны опасными

Но зачем выдвигать пустые ящики? Они были заполнены, следовательно, грабитель похитил украшения, а затем привел шкаф в надлежащий вид.

Холмс зааплодировал.

– Браво, доктор!

Ватсон шутливо поклонился. Холмс сцепил пальцы в замок и проницательно уставился на него:

– Может быть, у вас есть версия, кто убийца? И для чего он так старательно складывал подушки и расставлял по местам склянки?

– Миссис Кроули задушила горничная, – предположил доктор Ватсон. – Супруга пожилого слуги, что встречал нас. Мне знаком этот тип: строгая, суровая женщина, всю свою жизнь подчинившая долгу. Если Маргарет Кроули в чем-то обманула ее ожидания, с горничной сталось убить ее, мстя за порушенные надежды.

– Например, если она узнала, что ее не вписали в завещание?

Ватсон согласно кивнул.

– Но как вы объясняете, что все приведено в порядок?

– Очень просто: она пребывала в состоянии шока. Люди часто обращаются к рутинным действиям в самых ужасающих ситуациях. Помните кухарку, которая, прикончив грабителя, отправилась чистить плиту? Здесь произошло то же самое. Что скажете, Холмс, – я прав?

– Дайте мне минуту – и я отвечу на ваш вопрос.

Шерлок Холмс медленно обошел комнату. Ноздри тонкого носа его затрепетали, когда он приблизился к окну. Холмс согнулся, зачем-то обнюхал край темно-зеленой бархатной портьеры и даже лизнул ее. Затем он опустился на корточки и тщательно осмотрел ковер, особое внимание уделяя его краям. Как доктор ни вглядывался, ему не удалось понять, что привлекло внимание его друга, и он с молчаливым удивлением наблюдал за его действиями.

Наконец Холмс поднялся и отряхнул колени:

– Вы правы в посылках, мой друг, но ошибаетесь в выводе. На этой сцене присутствовал совершенно другой человек. Он появился здесь после убийцы, и нынешний вид этой спальни – целиком дело его рук.

– Сообщник?

– Не уверен, – пробормотал Холмс, – не уверен…

– Но отчего вы исключили горничную?

– Ковер! Присмотритесь к нему, Ватсон.

Доктор медленно обошел по периметру весьма потрепанного вида восточный ковер. Но лицо его, обращенное к Холмсу, выразило лишь недоумение:

– И все-таки не понимаю. Насколько я могу судить, здесь нет ни пятен крови, ни следов обуви…

– Ну как же! Ведь он лежит совершенно ровно!

– Ну и что?

Холмс с легкой досадой покачал головой.

– Вы не даете себе труда присмотреться, Ватсон. Видите разницу в цвете досок пола? В одном месте они выцвели от солнца, а в другом по-прежнему ярки? И лак – обратите внимание, лак почти стерся кое-где!

Доктор прищурился. Теперь он ясно видел, о чем говорит Холмс.

– Но я по-прежнему не понимаю… – начал он, и вдруг запнулся. – Постойте-ка. Ковер первоначально лежал не так!"

"– Наконец-то! Разумеется, он лежал не так.