Вверх по течению (СИ)

– Символично. Быть по сему, – Ремидий забрал у меня папку с эскизами и протянул через стол другую.

Да… видно, что смерть сына сильно подкосила рецкого правителя. На скулах проявились сеточки мелких морщин. «Лапки» у глаз стали глубже. Мешки набухли под глазами. Но держится молодцом, бодро.

– Можешь не открывать. Здесь патент на звание лейтенанта моей гвардии для тебя. Можно было бы тебе и больше чин присвоить, но и так твоя стремительная карьера у многих вызывает жгучую зависть. Зачем ее умножать и превращать в ненависть? В штатах гвардии будешь прописан в штурмовой роте субалтерном под началом Вальда.

Заметив мое удивление, его светлость снизошел до пояснений."

"– Савва, ты же ничем никогда толком не командовал. Строевой службы не знаешь. Ты даже не воевал, как другие воюют, а партизанил. Да и не твоя это стезя – строевые должности. Так что не возражай. Тем более что реально служить будешь моим офицером по особым поручениям.

Пипец. Накрылась мечта о небе в очередной раз. Что толку носить форму летчика, раз не летаешь?

Я вскочил со стула.

– Когда прикажете приступить к обязанностям, ваша светлость?

– Вольно. Садись. Уже приступил. А теперь расскажи, как тебе такое в голову пришло устроить кровавую тризну?

– Откровенно говоря, ваша светлость, я ее и не устраивал. Просто построил роту, прочитал ей телеграмму от младшего Бисера и пообещал, что мы еще отомстим врагам за смерть графа. Имел в виду как-то в будущем… А бойцы пришли к моему вагону и устроили пляски с кинжалами. Всей ротой. Вахмистр меня предупредил, чтобы я не дергался, все равно не удержу людей от мести в ту же ночь. Они на себя обязательства по кровавой тризне уже взяли древним обрядом и нет у них пути назад. Я и подумал, что мне в любом случае придется отвечать за их поведение. И если я не могу чего предотвратить, то должен это возглавить. Они же меня еще после боя у моста вождем выкликнули и в воздух бросали. Но вот то, что мы пойдем в бой с одними кинжалами для меня была новость.

– Но, все же ты пошел?

– Я отвечал за этих людей, ваша светлость.

– А как понимать утреннее столпотворение на вокзале и твои дерзкие речи?

– Не разгонять же ликующую толпу, которая со слезами на глазах приветствует своих солдат? Сама она не разойдется. Попытался их уговорить. Вроде получилось.

– Хорошо. Иди. Все хозяйственные вопросы решишь с адъютантом. Еще увидимся на днях.

– Честь имею, ваша светлость, – я отдал воинское приветствие и, четко повернувшись через левое плечо, пошел к двери.

Только взялся за позолоченную ручку, как меня нагнал в спину новый вопрос маркграфа, заданный жестким голосом.

– Значит, умысла занять место моего сына ты не имел?

38

– Гони! К первому же ресторану! – крикнул я кучеру, откидываясь на мягкую спинку коляски.