Танго втроем

Без моего контроля Вы так неудержимо резвитесь, что кровь и плоть несчастных крепостных летят ошметками. Графиня Батори постарела бы от зависти. Вам напомнить пару эпизодов?

— Воздержитесь, Олег Андреевич. Я не забыла.

Делаем поворот на перекрестке, разворачиваясь обратно.

— Юная барышня очень переживает из-за Вашего отсутствия и боится, что Вы можете заболеть.

— Передайте ей, сударыня, что моё здоровье в порядке и я был вынужден отлучиться за аленьким цветочком, который вручу ей завтра.

— Ах, сударь… Надеюсь, что ценность цветочка аленького разумна и Вы не запамятовали, что был между нами договор о том, что мы дарим этот подарок от нас двоих и делим издержки пополам.

— Естественно. Подарок от НАС. Но окажите честь, не опошляйте наше общение вопросами о мирском. От этого я действительно могу заболеть! — вывожу лошадь под фонари у торца ее дома. — Вашу ручку, сударыня…

Помогаю спуститься.

С улыбкой подает мне руку для поцелуя.

— Встреча доставила мне удовольствие, сударь. Премного благодарна!

Целую пальчики, рывком притягиваю ближе.

— Мне Ваши благодарности ни к чему. Возьму позже натурой.

Оставляю поцелуй на шее. Отпускаю…

Моя вкусная девочка!

Глава 47 — Парадокс

— Это мне?!? Он мой?… — голос затухает.

Мы стоим с Женей в дверях детской.

Ася разворачивается с удивленно распахнутыми глазами.

И почему-то начинает плакать навзрыд, закрыв пальцами рот.

Черт… Что не так?

— Жень?..

Женя улыбается.

Всё нормально? Такие эмоции? У барышень это бывает…

Старшая, конечно, вряд ли разрыдается от подарков. И мне приятно, что хотя бы младшая еще не испорчена мамой в этом смысле.

Женя присаживается, обнимая Асю.

— Дурёшка моя… Как назовем?

Растеряно моргает, шмыгая носом.

— Девочки, у нас сейчас свечи догорят.

— Что надо сказать?… — Женя тихонечко Асе.

— Спасибо… — дрожащим от слез голосом тянет та, глядя ей в глаза.

— А Олегу?…

— Спасибо, — обнимает меня за ногу, прижимаясь лицом чуть выше колена.

— Пожалуйста, Ася.

Отпускать не собирается.

— Пойдем?

Виснет как обезьянка, вставая на мою ногу.

— Так иди… катай меня!

— …холоп? — поднимаю бровь.

— Хо-лоп? — задумчиво повторяет Ася.

— Олег… — предупреждающе хмурится Женя.

— Отцепляйся, Ася, — тяну ее за руку в сторону. — Пойдем кушать торт.

Топя одним пальцем фигурки мультяшек в птичьем молоке, вторым Ася подцепляет шоколад и с причмокиванием облизывает.

— Ты тоже давай… — с набитым ртом.

— Я ложкой.

— Так вкуснее.

Болтает без умолку.

Женя молчалива…

Ее губы улыбаются. Только губы.

Меня доводит эта ее улыбка.

— Что не так, Женя?

— Всё так.

— Ты не ешь торт.

— Не хочется.

Ася перелазит мне на колени, целуя испачканными губами в щеку.

— Спасибо!

— Ася! — Женя подскакивает, грубовато стягивая ее с моих колен.