Танго втроем

Пишу вежливый отказ в связи с «личными обстоятельствами».

Вулканы и гейзеры здесь мне важнее.

– Что там? – подходит со спины Женя.

– Да так… Уснула?

– Мхм…

Разворачиваюсь на кресле, зажимаю её между колен.

Разглядываю.

Снимаю с руки часы.

Её телефон звонит.

– Не отвечай…

– Не могу. Это… Да?

Секунд за пять на её лице меняется гамма эмоций.

– Ты пьяный!?

Моя рука ложится ей под грудь. Сердце колотится.

– Дима… успокойся!

Лицо горит, рука взлетает, пальцы вдавливаются в виски.

– Сказал же – не бери!

Поднимает на меня разъяренные глаза, скидывая звонок.

– А тише нельзя быть!?

– Мне, может, еще и прятаться от него?

Категорично взмахивает рукой, останавливая меня.

– Тебе надо уйти. Прямо сейчас!

– Да ты что, детка!? – подрываюсь со стула.

– Ну, я прошу тебя! Ради меня! Пожалуйста!

Наш «умница-красавица» тоже сорвался? Я ожидал. Это должно было случиться.

Когда-то мне тоже казалось, что я – «умница-красавица», и все контролирую.

Нам надо поговорить с ним.

– Не бойся! Я разрулю…

Требовательный звонок в дверь.

– Ты не выйдешь туда! – встает в проеме двери.

– ТЫ не выйдешь туда! – осаживаю её. – Успокоилась. Это наши с ним дела.

Дергаю за талию внутрь комнаты.

– Не вздумай выйти. Не усугубляй. Я обещал, что нормально всё будет. Верь мне.

Только открываю дверь, меня так сносит волной адреналина, что сердце моментально ускоряется, кровь бросается в голову. Не избежать нам жести. Надо держать себя в руках.

Он пьяный. Не в дрова. Это было бы слишком легко. А как раз до состояния, когда мозги уже не очень, а тело – очень еще даже. Тормоза отключены. Хочет крови… Сложно.

– Представляться не надо?

– Не надо, – зло ухмыляется.

– Что-то хотел?

– Посмотреть!

– Посмотрел?

Уже вижу наперед ближайшие десять секунд. Все замедляется… Или ускоряюсь я. Его правое плечо приходит в движение.

В ответ бить нельзя. Будет мясо. Мы убьем здесь друг друга. Бетон, стальные перила, лестница и нет места для маневров.

Увернуться и блокировать тоже нельзя – он тут же ударит следом еще раз.

В близкий контакт тоже нельзя – он рукопашник… И я здесь лягу. Не хочу…

Но он же у нас хороший мальчик?

И я подставляюсь. Расчетливо. Уклоняясь с основной линии удара, чтобы больше вскользь. С усилием подавляю давно отработанные рефлексы, вскинуть руки и отвести от лица удар.

На пару секунд глушит. В челюсть… Гораздо сильнее, чем я рассчитывал. Руки не поднимаю. Его трясет, мышцы подрагивают. Но я не двигаюсь, не защищаюсь, и он не может. На это и расчет…

Трогаю языком зубы – целые. Губа порвалась об клык… По челюсти ручьем кровь. Шрам останется…

Он смотрит на мою кровь. Это успокаивает его.

Мы смотрим друг другу в глаза. В моих нет вызова. Я сочувствую ему.

Достаю сигареты. Протягиваю. Берет. Его пальцы трясутся.