Вторжение

«Сахалин» ещё сражался, бил из лазеров и свомов, и в верхнем секторе небесной сферы оборонялись «Тибурон» и «Рейн», окружённые десятком кораблей пришельцев. Тимохин понял, что ещё немного — и он потеряет эти крейсера.

— Атакуем, — распорядился он. — «Викинг» идёт к «Тибурону», «Суздаль» и «Волга» — к «Сахалину». Сбросить истребители!

— Выполнено, сэр. Машины в пространстве.

Ускорение прижало Тимохина к креслу, и в тот же миг Вселенная, корчась в муках и безмолвных стонах, породила новую звезду. Фильтры пригасили её свет, сделали призрачной тенью на экранах, но даже так она была страшна. Раскалённые массы ворочались в её глубине, вспухали на поверхности чудовищными алыми горбами, истончались протуберанцами, бросали во тьму клочья светящейся плазмы; казалось, что мир, ещё недавно подобный обсидиану с редкими искрами звёзд, вдруг превратился в огненную преисподнюю.

— Цель поражена! — выкрикнул офицер-наблюдатель.

Штабной отсек взорвался на мгновение гулом торжествующих голосов, затем воцарилась тишина. Звезда, рождённая ядерным взрывом, тускнела, протуберанцы и плазменные волны улеглись, энергия рассеялась в пустоте роями стремительных квантов. Периферийная область уже не слепила приборы и глаза людей, и сквозь прозрачное марево локаторы нащупали и передали на экраны видение огромного цилиндра. Неповреждённый и несокрушимый, он висел перед «Суздалем», точно дракон, явившийся из бездн Галактики. Святой Георгий поразить его не смог.

— Шестнадцать градусов к Северному полюсу, — раздался голос офицера. — Противник, два корабля!

— Атакую, — ответил по громкой связи капитан фрегата, но эта команда прошла мимо сознания Тимохина. Сейчас он слышал другое — то, что было сказано Гюнтером Фоссом, этим странным репортёром «Шпигеля», на чилийском астродроме ОКС. Его слова вдруг вспомнились с поразительной ясностью, какая приходит к человеку перед смертью: «Не применяйте ракеты и свомы, адмирал, защитное поле их отбросит… Попробуйте вскрыть его лазерами, внезапным ударом на полной мощности. Но опасайтесь…»

«Опасаться?.. Чего опасаться?..» — подумал Тимохин, глядя, как растут на экранах два тупорылых корабля. Затем огонь и мрак поглотили его.

* * *"

"— Пусть не увидим мы мрака Затмения! — произнёс Йата. Сказал не мыслью, а голосом, который услышали всюду в огромном Корабле, в коридорах и полостях, где работали сотни фаата с помощниками-тхо, в залах приёма пищи, в отсеках т’хами, где возвращался к жизни экипаж, в имитационных колодцах с переменным тяготением, где тренировались олки, на палубах у боевых модулей, пилоты которых уже выходили из долгой дрёмы.

— Пусть не увидим мы мрака Затмения, — повторил Столп Порядка и добавил: — Бино тегари уничтожены. Мы идём к их планете.