Второй шанс для предателя. Понять? Простить? Начать сначала? (СИ)

Только сейчас она и поняла, что плачет. Что услышанное нашло отклик в глубинах ее души. В самых темных. В самых израненных. Осознав это, Стася побежала прочь.

Глава 44

«Бежать!»

Из последних сил. Очертя голову. Не разбирая дороги.

«Бежать!»

Задыхаясь от нехватки кислорода. Захлебываясь слезами.

«Бежать!»

От чувств. От отчаяния. От правды.

«БЕЖАТЬ! БЕЖАТЬ! БЕЖАТЬ!»

Вот только… куда? Куда бежать от самой себя?

Последняя мысль тяжеленным обухом ударила в голову.

Подействовала отрезвляюще и вынудила остановиться.

«Спокойно! Все хорошо! ХО-РО-ШО!»

Ощущая себя потерянной и полностью дезориентированной, Стася огляделась по сторонам. И обнаружила, что находится достаточно далеко от дома Костровых. Метрах в ста, как минимум. И это зимой. На трескучем морозе и пронизывающем ветре. Без верхней одежды и обуви. В носках.

Странное дело — холода она не чувствовала. Только дичайшую боль за грудиной. Агонию. Слабость во всем своем дрожащем теле. И пульс, оглушающим набатом грохочущий в висках. В ушах. В пересохшем горле.

«Боже!» — ужаснулась она, слизывая с губ соленую влагу. — «Что я творю? Не подросток ведь давно! Не девчонка сопливая и беспомощная! Женщина взрослая. Мать. А все… с эмоциями не справляюсь! Все куда-то… бегу!»

Нужно было срочно брать себя в руки. Успокаиваться и возвращаться. Назад. Туда, где находилась сейчас ее дочь. Туда, где их обеих так любили и ждали.

Но Стася не могла. Силы покинули ее в одночасье. Колени подкосились, и она рухнула прямо в снег. Мягкий. Кристально чистый. Недавно выпавший.

Со стороны она наверняка выглядела, как сумасшедшая. Только ее это мало заботило. Ее сердце кровоточило. Рвалось в груди на чертовы куски. Снова.

Спрятав лицо в ладонях, Стася беззвучно зарыдала, мысленно завывая:

«Он прав! Мы… оба виноваты! Мы оба это допустили! А я — дура! Конченая дура! Почему я не замечала, что со мной творится что-то неладное? Почему не видела себя со стороны? Как? Как могла сказать ему, что готова заменить его другим мужиком? Почему мой язык не отсох в ту секунду? Я… на самом деле не хотела этого! И близко не собиралась! Так зачем ляпнула?»

Ответа на этот вопрос у Стаси не было даже сейчас — спустя столько лет.

Зато была злость. Лютая злость на себя. На Яна. И на его… эм, любовницу?

Никогда прежде она не винила ее в случившемся. Только своего неверного муженька. Напрасно, как оказалось. Если Ян рассказал правду Сергею Алексеевичу, то… все буквально перевернулось с ног на голову. Да, уж.

К такому повороту событий жизнь Стасю не готовила. Она не знала, как реагировать на услышанное. И верить ли бывшему мужу, тоже не знала.

Но в одном была уверена наверняка:

«Зря мы не устроили полноценную тёмную этой мерзкой суке! Ой, зря!»

Внезапно чьи-то сильные теплые руки оторвали ее от земли.