Второй в спорте, третий в любви? (СИ)

Затем под настойчивую трель звонка спрятала второй бокал и тарелку в тумбу, пригладила волосы и настроившись, рывком открыла дверь:

— Привет, Малая! Что, не узнала? — подмигнул Женя и бесцеремонно зашел внутрь, отодвигая меня от прохода.

Та-а-ак, тут задержать его не удалось. Попробую это сделать в коридоре. Пыталась что-то сказать, но не успела, Женя сгреб меня в охапку, прижал к себе и закрыл рот глубоким поцелуем.

Я честно пыталась отбиваться, но тут случай оказался даже сложнее, чем с Никитой. И минуты не прошло, как мы оказались уже у меня в комнате.

Женя прижал меня к стене и, сцепив мои руки над головой, шарил рукой по телу.

— Женя, прекрати, я не хочу! Хватит! — пыталась я вразумить парня, когда его губы принялись целовать мою шею. — Остановись, пожалуйста!

Но Женя и не думал останавливаться. Вместо этого, он коленом раздвинул мне ноги и грубо сжал одну грудь. Вырваться не получалось, хотя я очень старалась, но, видимо, не сильно.

Освободиться получилось, когда парень вновь принялся меня целовать. Я, забыв о нормах морали и прочих принятых в обществе правилах, больно, до крови, прикусила его губу. Женя резко отступил, схватившись за поврежденную часть тела.

Я же, освободившись, увидела, как дверца шкафа начала открываться, явив миру перекошенную от злости физиономию тренера. Мгновенье, которое Женя был занят своей губой, хватило, чтоб промаячить любовнику, чтоб сидел и не высовывался. Никита не собирался отступать, то завидев мой сжатый кулак, вернулся откуда пытался вылезть.

— Слава, ты рехнулась? — Женя зло уставился на меня, дотрагиваясь до кровоточащей губы.

— Я сказала, что не хочу. Ты не понял слов, теперь пожинай плоды, — гордо вздернув голову, ответила на обвинения.

— Малая, но ты совсем уже, конечно! Теперь тебе нужно будет отработать ущерб, — примирительно обнимая меня за талию, вкрадчиво произнес парень.

— Ничего я не собираюсь отрабатывать! Нет настроения!

Послышался скрип дверцы шкафа, и я привалилась к нему, не глядя, одновременно оттолкнув так удачно оказавшегося рядом кота.

— Беня, сколько раз тебе говорить: не смей лезть в шкаф!

— Слава, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Женя, видя, что меня больше сейчас интересует кот и шкаф, чем он сам.

— С чего ты взял? — и голос даже не дрогнул у меня.

— Две вилки и куча еды. Родители ж вроде твои уехали.

— я заказал еду для меня и Бенедикта. И с вилки его тоже кормила. Не буду же я ему рыбку со своей вилки давать, — фыркнула в ответ, не замешкавшись ни на секунду.

— Ла-а-адно, — протянул парень, глядя на довольного Беню, развалившегося на диване. Повернулся ко мне и серьезно поинтересовался: — Значит, ты совсем не хочешь?

— Женя, у меня месячные. Секса не будет. Если ты пришел только за этим, то зря.