Второй год новой эры

– Надо же… – бормотала мадам Марин, качая головой, – рожать вместе удумали… Будто сговорились… И замуж тоже вместе выскакивали… Надо ж было так подгадать… Теперь, Люсенька, на с тобой придется поднапрячься … Все должно пройти на высшем уровне! Ты меня понимаешь?

Я кивнула. Видно было, что мадам Марин немного нервничает. Все-таки за своих, русских девушек, она чувствовала гораздо большую ответственность, чем за всех остальных. И уж на кого, как не на меня, могла она положиться в этом деле?

– Мадам Марина, успокойся, – сказала я, – все пройдет хорошо.

– А я спокойна! – ответила она как-то чересчур эмоционально, что свидетельствовало о том, что все же она не та спокойна, как ей хотелось бы. И она ничего не могла с собой поделать. С рождением собственного ребенка она немного изменилась – стала более восприимчивой, что ли… Словно слетела с нее та маска вечной суровости и непробиваемости, что носила она раньше, и расцвело ее лицо нежностью и счастьем от запоздалого материнства. Но все же по старой привычке пыталась она казаться железной, и, вероятно, многие продолжали воспринимать ее по-прежнему. Но я-то знала и видела ее настоящую – и любила еще сильней свою милую мадам Марину, мою дорогую подругу…

Повинуясь внезапному порыву, я подошла к ней и взяла ее за руки. Заглянув в ее глаза, я увидела там страх и растерянность. Эх, мадам Марина… Тебе бы еще месяца два пожить без забот и хлопот, понянчить своего сынишку, отдохнуть от работы… Но ты выполняешь свой долг, а мой долг – во всем помогать тебе и облегчать твой труд настолько, насколько это возможно.

– Мадам Марина… – произнесла я, крепко сжимая ее ладони.

– Чего тебе, Люсенька? – ответила она немного сварливым голом, но я-то сразу почувствовала, что она оценила мой жест дружеской поддержки.

– Мадам Марин. Слушай меня. Все будет хорошо… Ты слышишь? Мы справимся…

– Да-да, конечно… – кивала она, не торопясь, однако, убрать свои руки.

– Мы сделаем все так, как надо. Ты можешь на меня положиться, мадам Марина… Давай просто постоим и подготовимся к нелегкой работе…

– Давай… – выдохнула она.

Так мы стояли, держась за руки, и я старалась передать ей свое спокойствие и уверенность. Я чувствовала, что у меня это получается. Она успокаивалась. И я видела в ее глазах безмерную благодарность… а она обняла меня и тихо прошептала:

– Спасибо тебе, Люся… Что бы я без тебя делала…

Вскоре в наш кабинет привели Лизу и Лялю. Мадам Марина закрыла за ними дверь, оставив любопытствующую толпу туземок в коридоре. Обе девушки стояли у порога, держась за свои животы и глядя на нас глазами, полными тревоги и надежды. Я невольно улыбнулась и заметила, что мадам Марина тоже старается спрятать улыбку под суровостью и деловитостью.

Девушки выглядели трогательно.