Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

Она забежала на кухню и возмущённо уставилась на меня.

— Ты ещё не доточил котлеты свои? Побежали! Время не ждёт! Как тебе мой лук, кстати⁈ Доволен? Не оскорбляет твои религиозные чувства?

Она была в белой хлопковой блузе с длинными-предлинными рукавами, просторном шерстяном жилете, короткой юбке и в чёрных ботинках на толстой подошве. В руках держала плащ. Я тут же вспомнил, что Катькин плащ остался у Кукуши в тачке.

— Красиво, — кивнул я.

— Секси да? — скорчила она ехидную рожицу. — Так и знала, что тебе стариковские луки нравятся. И милфы. Ладно. Я кстати энергетиков набрала, чтоб не уснуть. Там же скукота будет, да?

— Глотова, ты не идёшь! — попытался было навести порядок Глитч, но она на него даже не взглянула.

— Идёмте уже! Сколько ждать? Глитч, не ной, я попрошу Пименову, чтоб она тебя поцеловала. Доволен? Прямо в твою прыщавую рожу.

— Э! Глотова! Ты чё!

— Саня, да пусть идёт уже, не советую с ней связываться. Жалеть будешь.

— Всю жизнь, причём, — с торжеством подтвердила Настя, почувствовав мою поддержку.

Мы вышли из дома, пересекли двор, прошли мимо урны и подошли к подъезду хрущёвки, вокруг которой мы с Кукушей устроили гонки. Глитч набрал код на замке и раздались гудки. Но никто не открывал.

— Как всегда! — недовольно бросил он и начал кого-то вызванивать по телефону.

Наконец, нас запустили. Мы поднялись на третий этаж и вошли в квартиру.

— Это со мной, — сразу заявил Глитч, когда дверь приоткрылась.

— Все напитки вон туда — предупредил длинный, как жердь парнишка в дурацком картонном колпачке на резиночке.

Мы прошли в комнату. Это была обычная хрущовка, правда с современным ремонтом, паркетом и красивой мебелью. На комоде в простенке между прихожей и кухней громоздились банки и бутылки с напитками. На кухне что-то звякало, и доносились приглушённые голоса.

В комнате я насчитал десять человек, кроме нас. И все они были похожи на… лунатиков каких-то.

— Саня, а они не рептилоиды? — спросил я у Глитча, а он ткнул меня локтем.

Люди сидели на диване и на полу, ходили с банками в руках, но, в основном, стояли за спиной у чувака, устроившегося посреди комнаты. Это, похоже и был стример.

И то, как он тут устроился, напоминало кадры из космического боевика, типа «Звёздных войн». Он сидел в огромном фантастическом кресле, а на фантастическом же столе перед ним светился длинный и изогнутый полукругом монитор. Космос, реально!

Кроме большого, было ещё несколько экранов поменьше на разных уровнях. На столе сияла яркими огоньками клавиатура, а перед лицом стримера на хитроумном штативе был закреплён охрененный микрофон, как в профессиональной студии. А чуть подальше — фотоаппарат.

— Вова тридцать три семьдесят, — прохрипел Скампик, — только что скинул мне сто пятьдесят рублей.