Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

— Я тебе сказал не банковать здесь, потрох? Чё ты зенки лупишь, идол понтовитый?

— Сюда иди, — спокойно, но очень страшно сказал Кукуша и вынул из-под мышки пушку.

Охренеть! Я глаза округлил. Он ведь не говорил про оружие.

— Да я не…

— Сюда иди, — повторил он и щёлкнул предохранителем.

У Жеки, кажется, ноги подкосились, как у кролика перед лицом удава.

— А вы, циркачи, в натуре, — процедил Кукуша. — Растосовались-на, мухой! Двигайте колёса!

Кукуша выглядел максимально авторитетно и зловеще, поэтому гопники не артачились, не вступали в прения и не раздумывали, а быстро развернулись и дали дёру. Все, кроме Жеки. Потому что его Кукуша сгрёб своей могучей ручищей и потащил к машине.

— Пристегнись! — велел он, засадив его на переднее сиденье и бросил мне. — Петлю накинь!

— Не надо! Пожалуйста! Я вообще не Кастет! Честное слово…

Я уселся сзади, нашарил в кармане переднего кресла верёвку и накинул Жеке на горло."

"— Далеко не поедем, Батя, — сказал я. — Вон там за деревьями встанем, и никто не срисует. А этого потом в котлован сбросим.

— Да я не Ромка… — заголосил Жека, понимая, что дело приняло очень серьёзный оборот.

— Да мне без разницы, — равнодушно ответил Кукуша.

— Всё равно, волна пойдёт, — хмыкнул я, — что вместо Кастета Жеку мочканули. Эффект тот же. Даже сильнее. Кастет свалит, а остальное — круги на воде. Ты под кем ходишь?

— Да мы с пацанами сами по себе…

— Нихера себе, как это сами? А дурь где берёте?

— Да тупо у цыган покупаем, а потом толкаем.

— Так ты под Нико значит?

— Нет, он не знает, что мы барыжим.

— Ничё вы рисковые. Никого не боитесь, да?

— Да мы же так, чисто децел, мало совсем…

— Ну и чё, — повернул к нему свирепую рожу Кукуша. — Как оно, за децел копыта откидывать? Прикольно?

— Да за что⁈

— Давай! — скомандовал мне Кукуша. — Чё с ним всю ночь сидеть?

Я потянул за верёвку. Не сильно, совсем чуть-чуть, но атмосфера была такой, что Жека уже не понимал, сильно или нет.

— Да вы чё! — заорал он! — Я не буду больше! Я вообще уеду! Отпустите! Я не Кастет!

Я ослабил.

— Ты откуда сам? — спросил я.

— С Кировского!

— Бать, ну чё?

— Как хочешь, — пожал плечами Кукуша.

— Слушай сюда, Жека Кастет, — на ухо ему прорычал я. — Чтоб мы тебя больше здесь не видели. Сиди в своём Кировском, понял? И не вздумай барыжить. Телефон диктуй.

— За… за… чем…

— Если обоссышься в тачке в собственной моче удавлю! — рыкнул Кукуша. — Понял, чухан?

— Д… да…

— Говори телефон! Когда понадобишься, я тебя дёрну. Будешь шифроваться, не возьмёшь трубу, пожалеешь. В следующий раз не соскочишь. Точно завалим! Если узнаю, что дурь толкаешь — то же самое!

Кукуша сунул ему под нос кулак и тот закивал и начал всхлипывать. Я сдёрнул верёвку и гаркнул ему в ухо:

— Пшёл!

Жека выскочил, как пробка и дал такого стрекача, что любо-дорого.