Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

Я аккуратно вставил ключ, притянул дверь и повернул его в замке. Вошёл в квартиру прикрыл дверь, прислушался и прошёл в гостиную. Воздух уже не казался таким затхлым, как в прошлый раз и даже будто стал м-м-м… не знаю… будто бы появилась какая-то ароматическая нотка… Половицы под моими ногами жалобно заскрипели, но я не останавливаясь прошёл к книжному шкафу, открыл дверку, постоял пару секунд, соображая, куда именно я положил пистолет Кукуши.

Сориентировавшись, я сунул руку за книги, нащупал свёрток и… сердце оборвалось, а волосы на затылке вздыбились торчком. Я почувствовал движение. Что-то позади меня переместилось или…

Я резко обернулся. Там стоял мужик лет пятидесяти. Голова его была наклонена вперёд, а в руке он сжимал нож.

16. Ветер воет… Гром грохочет…

Ты кто, блин, такой? Что ты за хрен? Стоишь тут с кинжалом… Чучело. Мысли скакали, как теннисные мячики. Но выдавать своё недоумение я не собирался.

— Фу-у-у, — с видимым облегчением выдохнул я. — Чё так подкрадываться-то? Можно ж и инфаркт получить в молодом возрасте! Капец вообще!

— Ты вор? — с угрозой спросил мужик и прищурил глаза.

Дверь в спальню была сейчас открыта. Он оттуда, собственно, и вышел.

— Чё⁈ — воскликнул я. — Это ты вор! Как ты сюда залез? Замок целый, дверь тоже. В окно влетел? Типа, как Карлсон?

Разговоры, разговоры,

Слово к слову тянется.

Разговоры стихнут скоро,

А любовь останется…

Заговаривая ему зубы, я искал правильный ответ. Во-первых, нужно было понять, кто он такой, а, во-вторых, что делать. Я всё ещё стоял с рукой, просунутой за книги. Теперь рукоятка макарыча лежала у меня в руке, но пистолет был завёрнут в тряпицу. Я мог рвануть руку, сметая книги с полки и на счёт раз уже держать этого дядьку на мушке.

— Ты кто? — спросил он и я заметил, как изменилось его лицо.

Оно покраснело, будто у него давление подскочило.

— Я сосед, — ответил я. — А ты кто?

— Какой ещё сосед? Я хозяин. Зачем ты пришёл?

— Хозяин, к сожалению, перешёл в другой мир, — покачал я головой, начиная догадываться, в чём здесь дело. — Он скончался, Царствие ему небесное. Так что…

— Я его сын. Что ты там шаришь? Зачем ты пришёл? Сколько ты уже вынес отсюда?

— Серьёзно? Сын?

Ситуация была дурацкой. Максимально дурацкой. Оставить пушку я теперь не мог и вытаскивать при нём тоже не мог. Вернее мог, но блин… а если он милицию вызовет?

— Я спрашиваю, почему ты шаришь по шкафам? Что ты ищешь?

— Ну… — я усмехнулся и показал свободной рукой в сторону нашей с мамой квартиры. — Смотрите. Я живу за стеной, вон там. Моя мама ухаживала за вашим папой. Поэтому у неё остался ключ. Она…

— Ключ мне сюда! — раздражённо перебил меня сосед и сделал шаг. — Быстро!

Я кинул ключ на пол к его ногам.

— Ухаживала она. И заухаживала.