Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

Тем более, кожа на теле у экранного меня была значительно темнее кожи лица. Фигура была более коренастой и явно не подростковой. Да и, судя по груди актрисы, исполнявшей роль Альфы, возраст её был сильно почтеннее, чем, собственно, у настоящей Альфы. И…

— Вот… — ткнул я пальцем. — Вот, смотрите сами, здесь лицо будто бы съехало в сторону. Никаких сомнений в том, что это… фейк! Посмотрите сами. Это стопроцентный фейк.

— Я-то посмотрела, — усмехнулась Медуза. — И даже несколько раз. И, вполне возможно, то что ты говоришь действительно правда. Да только, какая разница, фейк это или подлинная история?

— Вы шутите? А если бы на видео было ваше лицо, а не лицо Елены Владимировны?"

"— Так в том-то и соль, Сергей, что на этом конкретном видео не моё лицо. Это лицо Алфёровой, а это лицо Краснова. И вот вопрос, на который я очень хочу получить ответ. Почему это злоумышленник выбрал именно два ваших лица, чтобы слепить вот эту гадость?

— Вероятно, имеет зуб именно на нас.

— И чем это можно объяснить? Зачем кому-то порочить именно вас? Может быть, потому, что дыма без огня не бывает? Как ты думаешь?

— Вы что, Лидия Игоревна? Вы понимаете, что говорите?

— Я-то понимаю, а вот понимаешь ли ты? Понимаешь ли ты, что сейчас начнётся в школе? Возможно, пока мы с тобой здесь сидим это видео уже перелетает с экрана на экран твоих товарищей.

— Это вряд ли, — пожал я плечами. — Во время уроков все мобильные телефоны должны быть выключены.

— Ну, на перемене. Она скоро начнётся.

— Хорошо, — согласился я. — Это всё возможно. Но как я могу помешать этому?

— А представь, что эта прекрасная и эмоциональная запись появится за пределами школы? Какой-нибудь хайпожор, ЛОМ-инфлюэнсер пожелает пропиариться на жареном и выплеснет эту запись в массы. В народ, так сказать. Ты это представляешь?

Половину слов не понял, но в целом — да…

— Да, — пожал я плечами. — Единственное, чего я не представляю — это что вы хотите от меня? Кто-то слепил эту поделку, не выдерживающую критики, и вы хотите чтобы я что? Чтобы я сказал, мол, да, это я, это правда, простите меня, я ухожу в другую школу? Насколько я знаю в моём переводе из школы были лично вы заинтересованы.

— Что? — растянула она губы в удивлённой улыбке.

— И ещё один человек, приходивший к вам на приём. А что если тот же самый э-э-э… ЛОМ… напишет, что руководство школы использует недопустимые методы для расправы над неугодными учениками и учителями? Эффект будет не меньше, не так ли?

— Погоди, Сергей, — замотала головой директриса. — Я ведь тебе не враг, пойми. Мы с тобой находимся в одной лодке, нам обоим не нужен скандал.

— Лично мне всё равно, вообще-то. — пожал я плечами. — Но только до тех пор, пока вы не начали давить на меня или на Алфёрову. А если начнёте, то мне этот скандал станет, как раз, очень полезен.