Второе дыхание (СИ)

Что я несчастна — помню, что муж меня уже не любит — помню, а что я могу для успокоения души и радости детей игрушки вязать — нет, не помню.

Ну и кто я после этого?

Не просто дура, а ещё и склеротичка!

17. Артем. Июнь. Санкт-Петербург

Естественно, среди созданных в порыве вдохновения эскизов, у него были свои любимчики: и устройство Хоббитона, и набросок к «Фламандской доске» Переса-Реверте, была даже реализация в человеческом исполнении выигранной в тяжелейшем сражении партии в «Морской бой» с приятелем на военной кафедре второго года обучения. Но самой простой и красивой в глубине души Артём считал (молча, никогда и никому не озвучивая во избежание кривотолков и недопониманий контекста) схему посёлка сусликов из рассказа Сетона-Томпсона про койота «Тито». Разумная, лаконичная, она всегда приводила его в восторг, но до сих пор приладить её в жизни никуда не удавалось.

А тут вдруг торкнуло, или это была реакция на какую-то забористую травяную смесь, что утром перед выездом в него влила Улька, но вот прямо воочию увидел среди равнин в окрестностях Т. коттеджный посёлок богатых местных «сусликов». Ладный, надёжный, безопасный. И понеслось!

Взгретый в хвост и в гриву, проектный отдел дневал и ночевал в обнимку с растащенными на составляющие всеми его эскизами десяти-, нет, двадцатилетней давности.

Точно, они тогда только поженились и отдыхали от свадебных торжеств в традиционном для молодых путешествии.

Жизнь в те времена была непростая. Начало двухтысячных. Без связей с криминалом или наследства партийных функционеров Союза, хорошо жили только те, кто крутился в торговле, а они с Улей из интеллигентных семей (читай, родители и прочие родственники работали в различных Институтах и КБ, на заводе и даже в школе), поэтому поехали молодожёны в милый памятник советской архитектуры с намёком на историческое имперское наследие — санаторий «Сестрорецкий Курорт».

Так вот, в том самом Курорте, после лыжных прогулок по замёрзшему заливу и двух часов в хорошей финской сауне, новоиспечённая супруга рассказала об одной из любимых книг детства. Так-то она у него книжная душа, и читает всегда по три-четыре книги одновременно. Там и детективы, и исторические романы, и чего-нибудь психологическое или педагогическое, или даже про путешествия — он просто не успевает отслеживать. И всё это чтиво такое, на любителя, коим Артём себя никогда не считал. А тут вдруг простое, понятное и завлекательное. Про зверушек, жизнь которых абсолютно такая же, как у людей: друг друга подсидеть, кого-то обобрать, тех, кто послабее — в расход… Артём проникся. По возвращении из вояжа даже книгу у супруги попросил. Прочитал, прочувствовал, подумал и не удержался.