Второе дыхание (СИ)

Сейчас хотелось счастья и умиротворения, вот я и попросила раф с лавандовыми тайнами. Хотя, наверное, надо было «Тархуна» заказать стакан, для правильного восприятия действительности.

— Слушай, чего стряслось? Такая загадочная, нарядилась «в картину» и выглядишь неприлично довольной. Тут прямо пахнет разводом, — по возвращении Леон валится на диван рядом и внезапно притягивает меня к себе и начинает тискать, как Любашка своих зайцев.

— Именно. Им и пахнет, — нет сил и желания пояснять. Да и подробности пока отсутствуют. Просто отпихиваю эту громадину от себя. Мешает. Посторонняя тактильность — последнее, что мне в нынешнем состоянии нужно.

— О! Отлично! Ты сейчас скоренько разведёшься, а потом мы так же быстренько поженимся, — наглый московский маменькин сынок допил мой кофе, улыбнулся, подмигнул: — Родители от меня отстанут — я буду счастлив. Востребованный Мастер в нашей семье — мать будет счастлива. В Москву перевезём вас — девчонки будут счастливы.

С изумлением таращусь в свою пустую чашку, пытаюсь охватить условно завлекательную перспективу и поспеть за гениальными предложениями этого прохиндея:

— Алло! А где часть про то, что я буду счастлива?

— Извини! Конечно, все будут счастливы, просто не одновременно, и только ты — непрерывно. За всех нас.

А вот это прямо ведро воды. Ледяной. За шиворот.

Не зря женщины, что растили нас со Львёнком, настолько похожи: я очень хорошо Леона понимаю, как будто изнутри чувствую его желания, порывы, стремления. Очень разумно могу вместо него обосновать самой себе всю полезность и адекватность идеи. Продать себе этого слона — вообще не вопрос. Я могу.

Могу, но не буду. Ибо в груди уже печёт и перехватывает дыхание. А я знаю, к чему это. И травой повеяло, да.

Потому что я именно так делала большую часть своей жизни. Всё и всегда ради того, чтобы другие были счастливы. С меня хватит. Теперь пришло моё время жить. Счастливо или как смогу. Только выбирать, принимая решения, наконец-то, я буду себя.

— Нет, я так больше не хочу. Могу, умею, практикую. Но хватит. Достаточно, — выдыхаю уверенно, отбросив все внутренние терзания, сомнения и переживания разом.

Леон резко разворачивается ко мне, хватает за плечи и слегка тянет на себя.

Приходится запрокинуть голову, чтобы не таращиться на ворох цепочек, шнурочков и сплетённых ниточек на его основательной шее в распахнутом вороте сапфировой рубашки.

Интересно, это рубашка сегодня в цвет машины или наоборот?

— Слушай, Колючка! Ты зря отказываешься. Дело верное, выгодное всем. Сейчас самое время: пафосный бомонд в столице мгновенно расхватал все твои корзинки со зверями, а за пончо чуть ли не подрались, мать говорила. Ты сейчас такие деньги на своём хобби делать будешь законно — никому после миллениума и не снилось.