Второе дыхание

После выхода первой статьи на мои лекции записалось сразу десятка три студентов с других специальностей, чтобы изучать органическую или техническую химию, как дополнительный предмет. После второй — еще десятка полтора. Типа я убедил их, что являюсь действующим ученым, да еще и практиком, потому что было указано, что изобретения в процессе получении патентов. В этом плане швейцарцы, за редчайшим исключением, не размениваются на журавлей, предпочитая ловить синиц. Вторым следствием было предложение нового ректора, которые меняются каждые два года, Жоржа Вернера занять место заведующего кафедрой вместо состарившегося Люка Болье. Я отказался, предложив на это место преподавателя аналитической химии профессора Жана Кляйна.

— У меня и так времени не остается на науку. С удовольствием отдам и половину курса технической химии или, что лучше, возьму только ее, а органическую пусть преподает кто-нибудь другой, — объяснил я.

— Мы дали объявление во Франции о свободной вакансии. Если найдется желающий, со следующего семестра отдадим ему органическую химию, — заверил ректор.

Заведующий кафедрой, узнав об этом разговоре, хотя свидетелей не было, стал относиться ко мне еще лучше, если такое возможно при его сухости.

В-третьих, мне опять написали из Бернского университета. Им позарез нужен толковый и, так сказать, действующий профессор технической химии, а не теоретик. Отказал и им. Женева мне больше нравится. Здесь теплее и море ближе.

В-четвертых, обе статьи перепубликовали во французском научном журнале «Анналы химии и физики» и с легкой иронией пожурили, что не прислал сперва им, как раньше. У них и гонорары выше, и престижнее. Пообещал, что следующая будет их. У меня есть наметки на несколько статей. Всем ныне существующим журналам хватит по одной и еще останутся.

17

В этом году протестантское и католическое Рождество выпало на пятницу. То есть в тех странах, в которых этот день — государственный праздник, будут отдыхать три дня подряд. Я решил воспользоваться этим.

Алексей Суконкин, окончив школу пилотов и получив лицензию, сидел дома без работы. Пока что это не шибко востребованная профессия. К тому же, сильную конкуренцию составляли военные летчики, оставшиеся без дела, особенно немецкие. Германии запретили иметь собственную военную авиацию, а мощность двигателей, скорость, потолок гражданской были ограничены, чтобы не смогли переоборудовать в боевые самолеты. И еще я заметил, что воздухоплавание для свояка оказалось не совсем таким, каким мечталось. Он боялся летать, хотя старательно скрывал это. Я вызвонил его, забил стрелку в баре неподалеку от их дома, куда прикатил на своем «кадиллаке-53».

Заведение было небольшое.