Вторая жизнь и мир по наследству (СИ)

А Димиарусы были очень важны для этой вселенной, жаль, что все это осознали очень поздно, когда их совсем не осталось! Так что мы теперь будет вместе с детьми тебя оберегать всеми возможными способами! — и после этих слов меня дернули как морковку и, перекинув через плечо, понесли в спальню.

Пока мои мужья меня ласкали, мыли и одевали, в столовой над остальными издевались мои дети. Да и брат дракон им во всем помогал, и, судя по происходящему, Малыш тоже учувствовал в этом балагане.

Как оказалось, мои мужья устроили проверку мужчин на отцовство. Им сказали, что если они смогут быть хорошими нянями, то таким образом увеличат свои шансы стать моими. Мелкие капризничали от души, никогда раньше не видела от них такого. Отказывались есть, пить и даже бросались едой. И таким образом, вокруг них бегали оборотень, генерал и даже эльфа туда затянуло. Как выяснилось, эльф попал в эту компанию, поспорив с драконом, что лучше него никто не сладит с детьми, и он в этом мастер. Вот только он надеялся своей магией воздействовать, но тут подключился Малыш и закрыл детей от этого. Поэтому эльф теперь был идеально украшен едой, как и остальные."

"— Да вы специально издеваетесь! — взревел раненым медведем оборотень и был ведь действительно прав. Он, как и генерал, видел раньше примерное поведение детей, а не вот такой концерт.

— Именно этим они и занимаются. А теперь, раз все закончили веселиться и собрались полным составом, пять минут на приведение себя в порядок и столовой тоже, — тоже мне проверка на вшивость, когда все знают, что это просто спектакль.

От моего рыка все резко замерли, и у обоих детей, как у нашкодивших котят, опустились ушки. А лекарь, который тихо сидел на стуле и не отсвечивал до этого, бросился ко мне и упал на колени. Когтем резанул свое запястье и стал произносить клятву пожизненного служения. Я только стояла и слушала с открытым ртом. Все, конечно, понимаю, он очень рад и благодарен за спасение брата, вот только зачем мне его пожизненное служение. Он же практически, освободившись недавно от одного рабства, добровольно обрекает себя на второе. Вот только в произнесённой им клятве никаких изменений сделать было уже нельзя, только принять, если я хочу, чтобы он выжил, а не умер в течение недели мучительной смертью. Особенность этой клятвы в том, что произносимый её вверяет свою жизнь в другие руки. Это клятва делает его рабом без рабского ошейника на шее, но именно на магическом уровне появляется высшая печать магии и отметка, о том, кому он теперь принадлежит. И видят эту отметку только маги высшего порядка, поэтому для большинства она будет скрыта. Это клятва опасна тем, что, если тот, кто произнес ее, получит отказ, будет заживо гнить неделю.