Вторая семья

В душе снова заворочалось то чувство, что причиняло лишь боль. Злость на Антона за то, что сотворил, за то, во что погрузил меня и Вадима, была помножена на острое, царапающее нутро ощущение.

- Я хочу, чтобы ты знал то, что думаю об этом всем я, - сказала в ответ, и сын кивнул. - Мне очень плохо сейчас. Я не стану изображать из себя героиню. Не стану натужно доказывать тебе, что ничего страшного не произошло. Ты у меня взрослый. Ты - мой мужчина. Так вот мне очень плохо… Мой мир рухнул. Но я не смогу этого простить, что бы ни произошло. Поэтому если у тебя в голове есть картина мира, где мы с твоим отцом снова вместе - забудь о ней. Пусть это звучит жестоко, прости меня за это. Но такое я принять и понять не смогу никогда. И еще - я повторюсь - мы с папой любим тебя. Говорю за обоих, потому что знаю - отец тебя действительно любит. Он будет о тебе заботиться и дальше, как и должен. Однако ты просто обязан знать и понимать. Впереди у нас развод, раздел имущества… определение того, с кем ты будешь жить. Ты уже вполне волен выбирать это сам…

Я произнесла эти слова, и у меня голова закружилась от неотвратимости последующих событий. А что если Вадим взаправду решит остаться с отцом? Господи… как же сейчас избавиться от настойчивой картинки, что так или иначе появляется в мыслях? Анна, их с Антоном дочь, сам Семиверстов во всей красе и Вадим… За одним столом. На каком-нибудь празднике. Счастливые, довольные жизнью, веселящиеся. Где окажусь я в этот момент? На обочине жизни?

- Я не хочу… не хочу жить ни с кем, кроме тебя! - горячо заявил сын, и я всхлипнула."

"Чувствовала себя сейчас маленькой девочкой, которой так не хватало простого понимания, что все когда-нибудь будет хорошо. И, похоже, из нас двоих с сыном именно я и оказалась наиболее уязвимой.

Вадим поднялся и шагнул ко мне. Я обхватила его руками и застыла. Из груди едва не вырвалось рыдание, но я сдержалась и не расплакалась.

Только чувствовала, как сын гладит меня по волосам, и понимала - у меня рядом есть тот, кто действительно не хочет быть ни с кем, кроме меня.

17

За последние дни моя жизнь, развернувшаяся на сто восемьдесят градусов, начала постепенно входить в некую обыденную колею. Будни состояли из привычных действий - встретить и проводить сына, отвезти и забрать его с тренировки, накормить и помочь с уроками. Ярким пятном среди привычных действий были только курсы, в которые я окунулась с головой. И даже поймала себя на мысли, что мне это по-настоящему интересно.

Помимо того, чему я училась на курсах, я часто включала обучающие видео на ютуб и пыталась что-то делать самостоятельно. Получалось поначалу плохо, но каждый раз, когда мне удавалось сделать что-то хоть немного сносное, я испытывала невероятное вдохновение и желание продолжать.