Его вторая семья (СИ)

Матвей подбежал вприпрыжку. С опаской покосился на здание больницы, но уверенно шагнул вперёд.

— А папа с нами домой поедет? — спросил он у меня, когда мы зашли в холл.

— Папа пока болеет. Он ради нас победил. И устал. Теперь доктор его немного полечит. А потом папа вернётся к нам.

Свекор слушает меня с непроницаемым лицом. Но ничего не говорит — одобряет.

К палате подошли втроём, и я внутренне собралась. Если Сонька здесь — она, может, и драку устроить, я ее до такого состояния довела, что любое неосторожное слово — и она на меня сорвется.

А вот мне надо держаться, из нас двоих я добрая и ласковая, а она — неуравновешенная истеричка.

Бывшей подруги поблизости нет — я тихонько перевела дух. Андрей Валерьевич первым скрылся в палате, а мы с Матвеем в нетерпении уселись на кушетку возле стены.

По коридору скользят врачи в белых халатах, встречаются редкие посетители. Все с шуршащими пакетами, а мы Денису никакие гостинцы не купили.

Андрей Валерьевич приехал за нами и даже времени собраться не дал. Только это неважно, ведь мы уже здесь.

Дверь скрипнула, и я первая подскочила с кушетки.

— Как он? — шепнула. — Готов нас видеть?

— Я не сказал, сами заходите, — отступил с прохода свекор.

— Малыш, вперёд, — подтолкнула Матвея в палату.

Шагнула следом.

Денис больше гостей не ждал, спать собирался. На звук шагов открыл глаза.

— Папочка, — Матвей бросился к нему и остановился. Присмотрелся к Денису и сам понял, что нельзя на него прыгать. Двинулся шагом, размахивая руками. — Папа, ты победил. Я хотел смотреть по телевизору, а мне не дали. Мама сказала, что тебя побили, но ты все равно был первый. И самый лучший.

Сын остановился перед кроватью Дениса. Дэн выпростал руку из-под одеяла, протянул для рукопожатия.

Какой бледный. Слабый. Не верится, что этот мужчина несколько дней назад уложил на лопатки того огромного соперника.

Но это так.

И я места себе не нахожу от гордости.

— Здравствуй, — улыбнулся и остановилась за спиной сына. — Как ты?

— Как видишь, — Денис усмехнулся разбитыми губами. Задумчиво потеребил руку сына, его тоненькие пальчики. Посмотрел на меня. — Вы с отцом приехали? Пусть Матвей в коридоре побудет. Хочу тебе что-то сказать.

Внутри все похолодело.

Его отец не постеснялся при ребенке выяснять мою причастность к похищению, к угону, а здесь тогда что за страшный разговор?

Оставила сына с дедом у дверей палаты и обратно вернулась, словно на казнь пришла. Приблизилась к его постели и рассеянно огляделась, не найдя, куда присесть.

— Садиться не надо, всего пара слов, — остановил меня Денис. — В общем, Полина. Приходить больше не надо. Ни ко мне, ни к Соне. Как только я выйду из больницы — сразу займусь вашим с Матвеем переездом. Вы летите обратно в Испанию. И это не обсуждается.