Его вторая семья (СИ)

Ухудшение возможно, скрывать не стану. За сутки всё решится. А теперь ответьте мне на вопросы о здоровье мужа: были ли у него проблемы с сердцем? Есть ли аллергия?

— Проблемы были, — подтвердила, и принялась рассказывать всё что знаю о Денисе.

А о его здоровье я знаю многое, очень уж боялась за него.

Как знала — не стоило Дэну лететь! Я ведь просила его!

Или я сама беду накликала?

Нет, это бред.

— По поводу вашего вопроса о переводе — сейчас вашему мужу нужен покой. Кровь мы взяли, препараты, аппарат МРТ — здесь всё есть. Перевозить Дениса Андреевича не рекомендую. И не переживайте так, транзиторная ишемическая атака — это еще не инсульт, скорую помощь вызвали вовремя. Через несколько часов станет понятно, будут ли последствия, и какие именно. Скорее всего, ваш муж скоро снова будет в состоянии биться на ринге за честь нашей страны.

— Упаси Бог! А… можно к Денису? Пожалуйста! Хоть на пару минут!

— Поговорить с ним в ближайшие часы вряд ли получится. Лекарства, спутанное сознание… хорошо, но только на несколько минут.

Дмитрий Викторович позволил мне войти в палату. Это не реанимационный блок, но и не общий. Палата небольшая, одноместная… и на койке лежит Денис — бледный почти до синевы. И будто бы исхудавший на добрые 5 кило.

Стула в палате нет, койка — далеко не размером с двуспальную кровать, на ней Денис-то еле помещается. Я несмело подошла к мужу, наклонилась и сжала его пальцы. Едва-едва, боясь причинить вред.

— Денис… ну как же так? — прошептала, глядя на его избитое лицо.

Чертов бокс! Ненавижу этот спорт!

Из палаты меня выпроводила медсестра буквально через пару минут. И мне осталось только отвечать на звонки, разговаривать с мамой, папой, и ждать когда Денис придет в себя.

Глава 47

— Софья, — раздался над головой голос врача, и я разлепила тяжелые веки. Проморгалась.

— Езжайте домой, — вздохнул доктор. — Нет смысла здесь сидеть. Выспитесь и вернётесь.

— Я не хочу спать, — у меня язык заплетается. Прокашлялась и огляделась в коридоре.

Никуда не поеду, но кофе — было бы неплохо.

— Как только ваш муж придет в себя — мы с вами свяжемся, — попытался меня убедить врач.

— А к нему можно? — поднялась и переступила с ноги на ногу. Ночь в больничном коридоре — и у меня затекло все тело, мышцы будто ватные. — Можно я просто посижу рядом с ним? Даже говорить ничего не буду. Просто на него посмотрю.

Врач устало вздохнул. Кивнул мне, и двинулся к палате, я следом.

Он приоткрыл дверь и остановил меня за плечо, когда я хотела войти.

— Знаю вашу ситуацию, — признался он, и у меня щеки загорелись от стыда. Все знают. Наше семейное — оно на всеобщее обозрение выставлено. У врача сочувствующий вид. — Надеюсь, вы понимаете. Что скандалы закатывать мужу — не место и не время.