Вторая попытка для попаданки 2 (СИ)

Вздохнув, я поднялась и направилась к Милларду Муди — другому артефактору, который работал со мной по этой программе.

Миллард был Истрэйцем и выглядел соответствующе — светловолосый, голубоглазый, но с очень смуглой кожей. Ему было за сорок, и он буквально воплощал собой все стереотипы об артефакторах — тихий, вдумчивый и стеснительный. Прямо как я в прошлом.

На то, чтобы мы начали хоть как-то общаться, я потратила две недели, в течение которых каждый день здоровалась с ним и звала пить кофе, обсуждая работу. В конце концов, он принял меня как коллегу, и теперь часто приглашал на обеды и ужины.

В отделе исследований мы работали втроем, совершенствуя проект, над которым трудилась наша начальница, Лора Роан, которую мы звали по имени.

По прибытии в Соларис, столицу Истрэя, Себастьян Торн сказал, что хотел бы видеть меня в команде Лоры, но если я предпочитала работать в поле, выбор был за мной. Он верил, что исследование, которое проводила истрэйская команда, было чрезвычайно важным и что мои знания могли бы помочь в его продвижении — они уже год работали над артефактом, но никак не могли создать рабочий прототип.

В некотором смысле я была рада этому предложению — мне нравилось создавать, нравилось проводить испытания и тестировать различные соединения. Я боялась, что начав работать ликвидатором, я постепенно отдалюсь от этого мира, но происходящее в Истрэе означало, что даже среди ликвидаторов я всё ещё могла быть изобретателем.

— Скучаешь по дому? — спросил Миллард, но я только отрицательно покачала головой.

— Не особо. Мне нравится здесь — тепло и красиво, и я могу изобретать. В Астурии у ликвидаторов нет собственной мастерской, если хочу изобретать, нужно присоединяться к компаниям. В последнее время они вызывают у меня неприязнь, почему-то, — хмыкнула я.

Миллард согласно кивнул головой."

"— Да, везде так. Я слышал, в Вайхоме ещё хуже — регистрация независимых исследователей невозможна без одобрения комитета по контролю за качеством артефактов, которым управляют корпорации. Представляешь? Я уже смирился, наше время прошло. Мы можем только научиться жить в новой реальности, отчитываясь перед начальниками, которые ничего не понимают, и не иметь прав на собственные изобретения.

Я нахмурилась и посмотрела на Милларда.

— Давай без негатива. И так грустно от того, что скоро возвращаться. Дома ещё холодно, и нужно влезать во все эти судебные дела, которые я начала.

Миллард знал о том, что случилось со мной в академии, я не скрывала этого. Мои жалобы попали в некоторые газеты, главным образом из-за того, что «Усилитель Браун» наделал много шума. Многие считали, что этот артефакт действительно изменит мир, и «купола Фуллагаров» сейчас почти всегда были полные.