Вторая попытка для попаданки 2 (СИ)

Я бы хотела получить отчёты по предварительной проверке и мониторингу всех активных элементов и связок, — улыбнулась я широкой, довольной улыбкой.

В конце концов, была я проверяющей от короля или нет? Пусть докажут, что выполнили все стадии предварительной оценки безопасности, раз уж они меня так не любят.

Сделать это было невозможно: многие элементы можно оценить только в узком временном промежутке, а тестирование некоторых связок требовало месяцев на получение разрешения. Я знала это из собственного опыта в компании.

Работники растерянно оглянулись, и один из них, самый молодой, вышел и направился, видимо, за документами. Пока остальные готовили схемы, я осматривала комнату для испытаний, обращая внимание на многочисленные записки на стенах. В прошлом я и сама оставляла такие.

На пометках указывалось не забывать проверять артефакт на воздействие самых распространённых элементов, таких как коррозия, водонепроницаемость или то соединение, которым я уничтожила монстр-артефакт Люсиль в прошлом году.

На соседних листах, нарисованные от руки, были указаны потенциально опасные для работников или разрушительные для артефакта комбинации, обнаруженные случайно, в ходе неправильного тестирования. Не только этого артефакта, но и всех артефактов в компании. Эти записи были незаменимы, особенно когда несколько команд тестировали разные компоненты с похожими реакциями и не знали, какие сюрпризы могут их ждать. Конечно, существовал официальный реестр опасных комбинаций, но процесс занесения в него был очень долгим и коллеги предпочитали предупреждать друг друга сразу.

Рядом с частичными схемами иногда встречались забавные надписи вроде ""очень больно"", ""не используйте огонь, или всё развалится"", ""не используйте сигнальные руны"", ""не выше четвёртого уровня"". Больше всего меня заинтересовала частичная схема с подписью ""пахнет хуже, чем мужской туалет""."

"Что-то в этих записях привлекло мое внимание, но я не могла понять, что именно. Тем временем вернулся молодой лаборант с огромной кипой документов.

Мы покидали комнату испытаний с разными настроениями: я была довольна, а остальные, вероятно, ненавидели меня — теперь уже за дело. Проведя небольшой тест прибора, я заставляла их проверять каждый компонент, с удовольствием вспоминая соединения и правила к ним, пока коллеги не признались, что выполнить все требования на сто процентов невозможно из-за длительности процесса получения разрешений.

В итоге я сказала, что знаю это и вполне довольна результатами тестирования.

Взгляды на их лицах стоили всех часов этих мучений.

Уходя с работы в тот день, я мыслями возвращалась к записям на стене в комнате испытаний, пытаясь понять, что же меня зацепило.