Вторая попытка для попаданки 2 (СИ)

Только теперь он начал медленно освобождать меня от оставшейся одежды, расстегивая пуговицы на моей блузке и стягивая юбку.

Я только громко хмыкнула.

Да. Поговорим.

— Что с тобой случилось? — спросила я, повернувшись к нему, слегка смущаясь своей наготы. — Я не узнаю тебя в последнее время… То, как ты общаешься с королем, даже со мной.

— Не понимаю, о чем ты, — прошептал он, наконец стянув с меня блузку и поцеловав в плечо.

— Перестань. Ты знаешь, о чем я. Ты вроде бы тот же самый, но одновременно стал другим — старше, увереннее, как будто тебе известно нечто, что даёт тебе эту уверенность. И я сейчас не о клятве крови.

Нужно будет спросить его, почему он не рассказал мне о клятве крови раньше.

Макс замолчал, стягивая с меня бюстье, затем наклонился, чтобы поцеловать вершину моей груди.

— Макс…

— Я видел сон, — наконец ответил он. — Смутные образы. В этом сне мы были женаты. Счастливы. Мы были старше. Я видел лишь фрагменты, но они казались целой жизнью. Столько эмоций, столько доверия. Это было правильно.

Мог ли Макс видеть тот же сон, что и я? Нет, мои видения были цельными, я пережила годы нашей жизни, дни, проведённые вместе. Мои образы не были смутными.

— Ты помнишь детали? Как тебя звали? Что ты делал? — осторожно спросила я.

Макс покачал головой:

— Очень смутно. Я не видел себя, скорее, чувствовал, ощущал. Но отчетливо видел только тебя. Я думаю, что Люциан — это я.

Я привстала на локте, тревожно всматриваясь в Макса.

— Нет. Ты не Люциан. Люциан никогда не родился.

— Как ты можешь быть уверена? Я мог родиться в другое время и в другом теле, но всё равно быть им, — горячо возразил Макс.

— Послушай… это не важно. Та Айви из сна — это не я. Она была другой, жила другой жизнью, была менее нервной и более целостной. Я пришла из другой реальности, не той, что была описана Кайденом Фуллагаром. Я была замужем не за Люцианом.

— А за кем? — Макс сразу же вскинул голову.

— Это не важно, — ответила я. Я ни за что не открою Максу окно в то жалкое существование, которое я влачила семь лет. Ни за что не расскажу, как позволяла обходиться с собой.

— Я его знаю? — Макс приблизился ко мне, нависнув.

— Это не важно! — жёстко ответила я.

— Значит, знаю, — Макс горько усмехнулся и посмотрел на меня.

Я надеялась, что он не думает, будто я скрываю своего бывшего мужа из-за какой-то большой любви в прошлом, или, тем более, из-за оставшихся чувств.

— Неужели ты думаешь, что я вернулась бы в прошлое, если бы всё было хорошо? — сказала я, надеясь, что этот ответ его устроит.

Макс откинулся на подушки, хмуро глядя в потолок, пока я корила себя за то, что могла ненароком обидеть его.

И злилась на себя же, за эти чувства. За то, что я такая...

— Кто я для тебя, Айви? Какие у нас отношения? — наконец спросил он.

Вопрос, которого я боялась.