Вторая молодость Фаины (СИ)

Глава 72

Фаина

Я чуть было абрикосовым язычком не подавилась, даже ложечка выпала у меня из пальцев и звякнула по блюдечку.

— Пётр Васильевич, поясните, — сказала я.

— Ну что ж тут непонятного, Фаина Андреевна? Раз уж у нас пошёл с вами такой откровенный разговор, то я вот как скажу, вам для каких-то целей нужен архив, а мне нужны вы, — произнёс он, глядя прямо в глаза.

Я отклонилась на стуле, чтобы ненароком не вылить чай из чашки ему на голову.

— То есть это вы таким оригинальным образом делаете мне предложение? — холодно усмехнувшись спросила я.

— Простите, Фаина Андреевна, что так прозвучало... Но да, я был бы счастлив, если бы вы приняли моё предложение. И с матушкой вашей я уже переговорил, — с явным облегчением сказал он.

— Вот как, — произнесла я холодно. — А вы помните, Пётр Васильевич, мы с вами обсуждали, что матушку мою я хочу из рода вывести? И вы мне даже советовали адвоката вашего...

— Право слово, я думал, что у вас между вами уже всё решено, просто какая-то обида произошла, но в семье же такое бывает, — замялся Орлов.

— Нет, — твёрдо сказала я, глядя на улицу через окно, там начался дождик и все начали разбегаться, — в нашей семье такого не бывает. И ничего меж нами не поменялось, и матушка моя здесь совершенно ни при чём. Но мне не нравится то, как вы сделали предложение. Потому что получается, что вы хотите связать свою жизнь со мной за то, чтобы я получила у вас архив ротмистра Диваева.

В этот момент я перевела глаза обратно на штабс-капитана:

— Не кажется ли вам, что это неравноценный обмен?

— Вы меня не так поняли, Фаина Андреевна, — забеспокоился Пётр Васильевич Орлов, который оказался и не Орёл вовсе, а воробей какой-то ощипанный."

"Я молча сидела, ожидая, пока он выговорится. По словам Орлова, оказалось, что он не ожидал, что от меня прозвучит некое деловое предложение, поэтому и ляпнул не подумав, а на самом деле он хотел попросить моей руки.

— Я же вижу, Фаина Андреевна, что вы ко мне хорошо относитесь... и где-то даже неравнодушны, — добавил он, мягко.

А я подумала: «Да, конечно, неравнодушна, мне так и хочется десертной вилочкой ткнуть вам куда-нибудь, да побольнее».

— Я подумаю, Пётр Васильевич, — сказала я, вспомнив, что мне говорили и Кошко, и Пришельцев, что надо доиграть свою роль до конца. А я здесь, значит, оскорблённую невинность показываю.

Вслух же я продолжила:

— И с матушкой тоже поговорю, — добавила я. — Всё же у неё опыта побольше.

— Да-да! — как-то уж очень обрадовался штабс-капитан. — Обязательно поговорите. А уж если вы дадите мне согласие, буду счастлив вас и со своей матушкой познакомить.

— Ох, не торопитесь так, Пётр Васильевич. Дайте мне подумать. Вы меня, если честно, удивили, я не ожидала.

— Ну как же можно не ожидать? Вы же идеал женщины, Фаина Андреевна.