Вторая молодость Фаины (СИ)

И получила ответ, что сейчас вообще не желательно, это место лучшее, и с точки зрения лугов, полей леса, окружающих пасеку с разных сторон, ну и реки, конечно.

— Вот, Фаина Андреевна, соберем, на зиму в клуб запечатаем, тогда можно и переносить, — сказал Степан.

Не стала я ничего пока ему говорить, да и не могла, много не скажешь без объяснений, только расстроится человек, спросила:

— А когда это, в каком месяце?

— Если октябрь будет тёплый, то в ноябре, — ответил Степан, и тут же добавил — и тогда же ещё новых ульев надо будет закупить.

Я улыбнулась:

— Если надо закупим, конечно.

Обратно шла, в голове хоть немного стало полегче, я уже не так остро реагировала на то, что произошло за обедом, но появились новые тревожные мысли, мне бы очень не хотелось, чтобы с пасекой что-то плохое случилось, и я подумала, что надо бы написать в столицу, чтобы отсрочить приезд специалистов.

***

На следующее утро я поехала в Екатеринбург к Пришельцеву. В этот раз всё было немного по-другому, встала пораньше, чтобы ни с кем не пересекаться, взяла с собой Ивана Киреева и сопровождающих, потому как без охраны никак нельзя. Да и пусть все привыкают, что Фаина Андреевна Стрешнева с охраной ездит.

В Екатеринбург приехала примерно к девяти утра. По дороге ещё удалось немного подремать, с благодарностью сказала Ивану:

— Экипаж хорошо сделали.

— К зиме ещё кое-что дооборудуем, — ответил Иван, — можно будет и колёса менять на полозья, чтобы по зиме ездить, когда дороги станут сложными.

Неподалёку от центральной улицы Иван выскочил, сказал, что дойдёт пешком, и отправился в магазин, а я доехала непосредственно до участка и пошла сразу в отделение сыска, к Пришельцеву.

Александр Петрович был на месте. Я постучалась в дверь и, не дожидаясь ответа, сразу вошла.

— Свободны, Александр Петрович?

— О! — воскликнул Пришельцев. — Фаина Андреевна, свободен, свободен, заходите.

Я присела. Лицо у Александра Петровича было донельзя довольное, и вскоре я узнала почему.

— Да, Фаина Андреевна, получил я бумаги, которые мне Аркадий Никифорович выслал. Ночь не спал, пока всё не прочитал. Ну, скажу я вам, такое вы змеиное гнездо разворошили! Волна по всей империи пошла.

Я скромно потупилась и сказала:

— Я, Александр Петрович, просто выжить хотела. Даже в мыслях не имела гнёзда ворошить.

— Ох, Фаина Андреевна, не буду вам всего рассказывать, много там есть чего, что даже и ещё продолжится.

— Ой, и не рассказывайте, — попросила я. — У меня от своих проблем, знаете ли, голова пухнет.

— Но тут вы правы. Давайте сосредоточимся на том, что нам с вами надобно решить. Аркадий Никифорович уже выехал из Петербурга, значит, дня через два–три будет здесь, у нас.