Черная кошка для генерала. Книга вторая

Солару вдруг заколотило крупной дрожью, ноги ее подогнулись, и она ухватилась за перила. Часто и глубоко дыша, она смотрела на него перепуганными глазами, которые беспрерывно и хаотически меняли цвет с темно-карего на желтый и зеленый, переливаясь как бериллы в королевском венце. Ураганом налетевшее желание (а правду молвить, так потребность!) защитить, помочь, уберечь — толкнуло Леона к принцессе, заставило подхватить ее под руку и повести к ее покоям.

Проводив невесту до ее дверей и попрощавшись, Леон посмотрел, как она шагает в распахнутую перед нею дверь, оборачивается к нему и коротко, глухо говорит:

— НЕ СМЕЙ!

Солара скрылась в своих комнатах. Леон скрипнул закрываемой дверью, а потом чуть приоткрыл ее, решив проверить, как невеста до кровати дойдет: девочка молоденькая, слабенькая, только начала оправляться от долгой болезни (совесть генерала разошлась не на шутку). По мере наблюдения за невестой глаза Леона округлялись и округлялись, пока не заломило веки:"

"Принцесса наклонилась над дремлющей в кресле сиделкой и, убедившись, что та спит, со вздохом огромного облегчения опустилась на четвереньки, порычала утробно, выгнула спину, еще раз рыкнула грозно, потом встряхнулась всем телом и бойко посеменила в свою спальню, пофыркивая на ходу.

«Сумасшедший дом», — покачал головой Леон.

В глубокой задумчивости он прошел мимо удивленных его скорым возвращением стражников, лег в постель и долго смотрел в потолок, на котором пробившийся сквозь щель в занавесях лунный лучик рисовал причудливые кренделя и фигуры.

Глава 12. Реформа Братства и ее последствия

Свадьба была назначена на послезавтра, а монах, который должен был проводить церемонию венчания (Леон уже давно обсудил этот вопрос с королем), еще был не в курсе того, что он ее проводит. Леон с утра пораньше отправился к Тельду.

После знойной духоты на улице сумеречная прохлада храма подействовала успокаивающе. Леон прошелся вдоль стен, посмотрел на лики святых братьев и позавидовал им лютой завистью: у монахов нет жен, их не волокут в храм взбешенные братья хитрых девиц, а эти хитрые девицы не подлавливают их при попытке сбежать на мужскую гулянку. Ничего, выведет он свою странную невестушку на чистую воду, всю ее подноготную разузнает. Леон Ардамас — не тот человек, который как покорный баран пойдет на заклание. Если уж на него натягивают брачное ярмо, то хотелось бы хоть знать, ради чего это затеяно.

Леон прошел в придел, отведенный для проживания монаха при храме, и постучал в дверь. Ему открыл заспанный Тельд, старательно удерживающий глаза открытыми, а лицо сосредоточенным.