Трое из Леса. Вторая трилогия

Седьмой день

Ужин, превратившийся в пир, рассказы Аспарда и Червлена о драконьем питомнике, о злодеях, что замышляли на жизнь Его Величества, о чудесном спасении, о мудрых судах, а когда все кончилось, Мрак в своей спальне вставил ножку кресла в дверные петли, отодвинул камни тайного хода и после недолгого бега по длинному извилистому ходу с узелком в зубах выскочил на поверхность, перетек в людскую личину, быстро оделся.

Он сперва даже не понял, что у него с глазами. Далеко впереди темная кромка леса смотрится непривычно отчетливо. Не сразу сообразил, что исчезли все эти серые незаметные домики, исчезли сарайчики, сложенные из старых досок и хвороста, хотя лес рядом, можно нарубить добротных бревен. Все пространство сейчас покрыто серой золой, а когда она шевелится при движении воздуха, из-под нее выглядывают черные головешки. Серыми спинами выступают из-под пепла и золы камни очагов.

Он шел через пепелище, ибо там дальше, на самом краю, каким-то чудом сохранилось пяток домов. Один из этих домов, даже не домов, а хаток, принадлежит Ликии, вернее, ее родителям. Он прибавил шаг, ноздри жадно ловили запахи, но если где и пахнет горелым мясом, то что-то мелкое, словно сгорел хорь или летучие мыши вместе с овином.

Перед домом Ликии в ночи беспокойно шелестит обожженными листочками дерево. Мрак перемахнул через забор, под ногами затрещал пересохший бурьян, проскользнул к окну, осторожно стукнул в ставень. Из комнаты послышался слабый старческий голос:

– Кто там?

– Это я, – ответил Мрак. – Не пугайтесь. И свет не надо.

Он так же неслышно пробежал к сараю. Конь услышал из-за двери, ответил ржанием. Мрак тихонько распахнул двери, вывел коня. Когда он закрывал сарай, в доме заскрипело, Мрак увидел в дверном проходе старика, отца Ликии.

– Что-то случилось?

– Все хорошо, – успокоил Мрак. – Просто мне надо съездить кое-куда.

– Ох, – вздохнул старик горестно. – Но зачем же ночью? Ночью только воры…

Мрак засмеялся.

– Не только, отец, не только. Кстати, что это у вас за странный пожар?.. И ветра не было, а все выгорело.

Старик двинул узкими, как птицы, плечами. Лицо его было жалкое, вытянутое.

– А кому тушить-то?

– Что, там никто не жил?

– Жили, да только все побросали…

Мрак насторожился:

– Что, опять что-то подобное шайке Волдыря?"

"– И это тоже, – ответил старик уклончиво. – И слухи, что мы поселились на Мертвом Поле, потому у нас все из рук валится, потому нас преследуют несчастья… Кто-то переселился сам по себе, а кому-то хватило и Волдыря. Если бы хорошо было здесь, никакой бы Волдырь не согнал! А так… Словом, вся та половина уже опустела с неделю тому. Когда начало гореть, из наших никто туда и не сунулся. Поговаривали, что там кто-то поджигает нарочито… Сунься тушить – и тебя в огонь бросят!..