Трое из Леса. Вторая трилогия

Рогдай долго пыхтел, побагровел, лоб и даже борода взмокли, Светлана изнывала от нетерпения, наконец он сумел зацепить, натянул, багровея от натуги, там треснуло, в руках воеводы остался шелковый пояс с обрывком веревки.

Глаза Рогдая округлились. Он с недоумением взглянул на Светлану. Та предостерегающе поднесла палец к губам:

– Тихо… Сюда идут. Но я знаю, чей это пояс.

– В том все и дело, – пробормотал Рогдай. Он непонимающе покосился на торчащие прутья в окне. Тот, кто выворотил их, обладает звериной силой. А кто залез по веревке на крышу, еще и храбростью. – Я тоже знаю… гм… или думал, что знаю.

Кто-то поднимался наверх, ругаясь во весь голос. Рогдай сунул пояс за пазуху. По голосу узнали Руда, за ним едва поспевали сопящие воины в медвежьих шкурах. Доспехи на Руде были погнуты, а головы двух воинов перевязаны окровавленными тряпицами.

Светлана, лучезарно улыбаясь, воскликнула счастливо:

– О, воевода Руд!.. Ты чудесно выглядишь. Как никогда! Добро ли почивалось?

– Тцаревна, – прохрипел Руд, – я хочу знать, что происходит во дворце…

Светлана покосилась на Рогдая и служанку, воскликнула:

– Как хорошо, что ты пришел!.. Я уже хотела посылать за тобой. Здесь ночью были пьяные вои Горного Волка… Шумели, а потом куда-то исчезли. Как ты думаешь? Ни один вниз не спускался, мои бы служанки заметили…

Руд заорал, краснея от гнева:

– Да какое мне дело!..

Он осекся. Светлана проследила за его взглядом. Руд, не отрываясь, смотрел на развороченное окно. Светлана тоже посмотрела, спросила с недоумением:

– Не повыбрасывались же из окна?

Руд, не отвечая, взобрался на подоконник и, стоя в проеме, согнувшись в три погибели, осторожно выглянул. Все видели, как дернулась его спина, потом донесся срывающийся от гнева голос, что перешел в рев:

– Там… веревка!.. Туда… наверх… на крышу!

Он полез, пятясь, обратно. Лицо его было красным, как у вареного рака. Глаза вылезали из орбит, голос дрожал от ярости:

– По крыше можно перебежать на ту сторону… а там влезть в окно, где были убиты мои люди!

– В самом деле? – удивилась Светлана. – Ах, почему эти горцы такие… нехорошие?

Глава 17"

"В полдень на прием попросилась Медея. Светлана сжалась, мужчин боялась не так панически, как этой женщины.

– Проси, – сказала она сразу осевшим голосом.

Дверь распахнулась тут же, Медея вошла в сопровождении двух поляниц. Светлана с трудом заставила себя милостиво улыбнуться. Она уже сидела на троне, у ног лежал огромный черный волк. У дальней стены застыли двое стражей.

Медея чуть склонила голову в поклоне, и Светлана первой сказала сладким голоском:

– Как почивалось отважному вождю степей?

Это было слабо прикрытое оскорбление, и Медея опустила ресницы, давая понять, что все поняла.