Трое из Леса. Вторая трилогия

– Да, конечно, – ответил он. Взгляд его, на миг задерживаясь на ее вздернутой груди, все время опускался на ступни с перепонками. Не будь их, ее не отличить от молодой красивой селянки. – Я все понимаю. Иди…

Он разжал руки. Она вздрогнула, красивые брови взлетели, а зеленые глаза распахнулись во всю ширь так, что у него заболело сердце.

– Куда?

– Обратно, – вымолвил он устало. – Под корягу. Или где ты живешь?

– Ты… отпускаешь?

– Иди, – повторил он."

"Она отступила, не спуская с него недоверчивых глаз, а когда ее ноги коснулись воды, в глазах вспыхнула радость, она упала навзничь, все еще не отрывая от него взгляда. Вода с шумом пошла брызгами, в полупрозрачной глубине мелькнул ее гибкий силуэт, на миг исчез, затем на середине болота поднялся водяной столбик, вода опала, и водяница, все такая же ослепительно красивая, крикнула срывающимся голосом:

– Я не знаю… не знаю, почему ты отпустил… у тебя злое, жестокое лицо… но я навеки… Только назови мое имя… я услышу, приду…

Он махнул рукой и пошел прочь от болота, ноги волочил, будто к ним подвесили скалы, за спиной прозвучал затихающий крик:

– Меня зовут Белая Лилия, я из рода Щеров…

Деревья сомкнулись за его спиной, впереди пошла земля суше, запахи стали чище, он угрюмо раздумывал над странностью этого существа, что назвало ему свое имя, тем самым передав ему власть над нею. Всякий, кто знает тайное имя, волен вызывать и приказывать. Потому старики стараются опасных зверей не называть вовсе, вон бера зовут либо медведем, либо косолапым, а то и вовсе топтыгиным, каждый волхв учит детей, чтобы не поминали вслух черта, а то придет…

– Добраться бы до тебя, сволочь, – прорычал он во внезапном гневе. – Ишь, даже водяницу заставил…

Олег и Таргитай жарили на палочках мясо, но Мрак уловил и сочный запах жареной рыбы. Олег, ухмыляясь, показал на крупных карасей, толстых и уже покрытых коричневой коркой, из-под которой выглядывало нежное белое мясо. Улыбка сбежала с его лица, когда увидел глаза Мрака.

– Стряслось что?

– Пустяки, – отмахнулся Мрак.

– Тарх сказал бы, что на тебе лица нет… но волхв должен быть точен в словах. Лицо на тебе висит, только это уже не лицо… совсем не лицо. Кого загрыз?

Мрак тяжело опустился возле огня:

– Надо бы. Как думаешь, кто нас не оставляет: тот проклятый воевода со своим колдуном или же урюпинцы за своего Змея мстятся?

– А тебе есть разница?

Мрак удивился глупому вопросу, да еще от волхва:

– Конечно.

– Какая?

– Не знаю, – буркнул Мрак. – Но разница есть. Один колдун дурной, но сильный, а другой не силен, зато искусен. Есть разница?

– А ты поверил, – сказал Олег с ласковым отеческим упреком. – Какой ты простой, Мрак! Простой и доверчивый… Ладно, время дорого. Я пройдусь над лесом.