Искупление. Часть вторая

"

"— Терпи, голубка, потом я тебя просто съем, — обещал муж, прибегая к искусным ласкам, от которых я взрывалась ярким фейерверком, но так и не входя в меня. Я отвечала ему подобными ласками, тем и спасались, хотя бы изредка.

А когда наша строгая мать возвращалась в поселение, меня отпускали на волю, и вот тогда наступало долгожданное детское время. Малыши уже знали и зорко следили за возвращением моей свекрови домой. Они объявлялись под нашими дверями, как только она переступала порог дома. И приходило время для игр. Бегать с ними я не могла, потому иногда мы заменяли игры рукоделием. Всем девочкам понравилась кукла Шоли, и теперь я им показывала, как можно сделать себе такую же. Девочки усаживались вокруг меня, деловито раскладывали все, что стащили из дома, и мы шили, болтая и хихикая.

Мальчикам куклы были не так интересны, но тут неожиданной помощью стал Рысь. Когда Флэй достаточно окреп и начал выбираться из дома, то, за неимением других дел, учил мальчишек вырезать себе оружие — мечи, делать луки, мастерить стрелы, а потом учил ими пользоваться. Рысик давал мальчишкам привычные им навыки, которые они получали от отцов, а тем, кто был постарше, еще и приобретенные в Таргаре. В результате, практически разработал схему боя, соединив приемы моей и своей родины, а так же присовокупив приемы наемников, те, которые секретные.

— Рысь, как ты смог узнать искусство наемников? — допытывалась я, возвращаясь к давно забытому вопросу.

— Я наблюдательный, — усмехнулся мой муж.

— Ты подглядывал за ними?! — изумилась я.

— Наблюдал, — важно поправил меня Флэй, и я весело фыркнула, тут же получив щелчок по носу.

Вообще, я ему завидовала. Его техника боя была составлена быстро, а мой алфавит шел очень медленно, а так хотелось показать Рысям, как здорово иметь письменность, настоящую! Рысик посмеивался над моими сетованиями, объясняя, что у него было достаточно времени для объединения всех знаний, еще в Таргаре, а у меня просто мало времени.

— Зачем столько мучений? Придумай буквы сама, — говорил он.

— Р-р-рысик, — рычала я на него. — Ты дикарь, ты ничего не понимаешь.

— Даиль, ты дерево, — хмыкал в ответ Флэй, на этом и расходились.

Несмотря на мои научные изыскания, я все больше убеждалась, что Рыси воспринимают меня, как большого ребенка. Это я поняла по их добродушным и чуть насмешливым улыбкам, когда я появлялась на улице, предводительствуя своей маленькой гвардии. А еще у меня появился поклонник — юный Рысь, четырнадцати лет. Он приходил по вечерам послушать истории, днем неизменно оказывался где-то поблизости, смущенно улыбался, но глаз не отводил.

— Я ему уши надеру, — возмущался Флэй.

— Любимый, это всего лишь ребенок, у мальчика первое увлечение, — смеялась я, глядя на мужа.