Вторая жизнь

К удивлению Лизы, Рома перестал мыть посуду, пылесосить и скапливал свои рубашки и носки в корзине для грязного белья. Он наливал чай себе, забывая предложить Лизе. Она запускала машинку, развешивала белье и мыла посуду. Рома гладил свои рубашки и тщательно отглаживал стрелки на брюках, но постельное белье оставлял, давая понять, что его должна погладить Лиза. Даже в магазин он ходил для себя – покупал то, что привык есть утром. Колбасу, яйца, йогурт.

– Почему ты не купил мне сыр? – спросила однажды Лиза.

– А ты сам не мог догадаться? Ты же знаешь, что я по утрам ем сыр. Вполне конкретный сыр. И ты знаешь какой. Если ты купил себе хлеб, почему не купил мне тот хлеб, который ем я?

Их жизнь и вправду была странной. Рома занял правую сторону кровати, там, где стояла тумбочка и настольная лампа. Лиза привыкла читать по вечерам, а Роме мешал свет. Он мог оставить включенным телевизор, и тот гудел ровным фоном. Лиза же давно не смотрела телевизор.

Рома скреб по ее любимой и единственной сковородке ножом, когда жарил яичницу, – Лизу аж трясло.

– Ты можешь не портить мою сковородку? – вспыхивала она.

– Что ты злишься? – не понимал Рома.

Чем больше она закипала, тем более спокойным и улыбчивым становился Рома. Да, он не ловил ее намеков, не читал книг, не смотрел те фильмы, которые она любила. Они были разными. Очень разными. А чего она хотела? Разве она этого не знала? Как мама говорила? Чашка из другого сервиза? Лизу Рома стал раздражать быстрее, чем она рассчитывала. Она даже не звонила Полине, потому что доподлинно знала, что скажет подруга – нужно относиться терпимее, первый год всегда испытание для молодой пары и прочие банальности. Лизе уже начало казаться, что этот странный брак можно расторгнуть так же быстро, как он был заключен. И зачем она только на это согласилась?

Но только Лиза собралась поставить Рому перед фактом – поиграли в семейную жизнь, и хватит, – как он пришел домой с бутылкой вина и цветами.

– В связи с чем? – удивилась Лиза.

– Ты не могла бы… в общем, надо съездить к моей маме, – промямлил Рома, – пожалуйста.

Спокойный, уравновешенный Рома заметно нервничал.

– Ты думаешь, я ей не понравлюсь? – ухмыльнулась Лиза.

– Понравишься, конечно. Просто мама, ты понимаешь, она обидится, наверное. Мы же вроде как тайно поженились. А она всегда хотела, чтобы было все, как положено – со свадьбой, с рестораном. Мы же были у Ольги Борисовны… Мама звонила и спрашивала, как у меня дела. Я ей пообещал, что приеду. Не один. Но я ей не сказал, что мы… в общем… Так что она думает, что я с невестой…

– Вообще-то мне все это надоело, – объявила Лиза. – Ты очень изменился после свадьбы. Мне надоели твои грязные носки в моей бельевой корзине. Надоело так жить. Ты понимаешь?

– Нет, не понимаю. – Рома перепугался.