Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Нашлись, зато носилки с тряпичным пологом у матушки настоятельницы или игуменьи Софии в Успенском Княгинином женском монастыре. В него Юрий Васильевич заехал с ответным даром. Монашки кормили его плотников и корабелов всю зиму и весну, пока они строили лодьи, а тут в Казани ему преподнесли икону явно старинную, с ликом почерневшим Богородицы. От времени почерневшем, не от горя. Икона была приличных размеров и в золотом окладе, и смотрелась для подарка очень даже прилично. Решил Боровой игуменью Софию поощрить ею за доброту. Может это и есть та самая икона Казанской Божьей матери? Артемий Васильевич видел ту икону или её реплику, тут даже сами отцы православной церкви путались. Если икона с 1516 года хранится в Кремле, то как её девочка Матрона откопала на пепелище Казани в 1579 году? Не стоит даже лезть в эти загадки. На то оно и чудо. В чудеса можно только верить. их нельзя проверить. Но Богородица была в темном, практически чёрном одеянии и изображена оплечно. И младенец Иисус благословляет народ двуперстно. На вид — та самая икона.

Вот, значит, заехал Юрий Васильевич с людьми князя Серебряного в монастырь, а там как раз садится в такие носилки игуменья София. Подарок, несколько тёплых благодарственных слов пожилой женщине и готово. Так и достались Юрию Васильевичу в качестве ответного дара эти носилки. Если шесты укоротить и поставить эту конструкцию на телегу, то карета не получится. А вот крытый возок, в котором, не опасаясь комаров, слепней и дождей, можно доехать из Владимира до Москвы, точно получится. Теперь он, правда, опять в долгу у матушки настоятельницы остался.

Дума потела, дума пер…ла. И хоть и собралась в этот раз в огромной Грановитой палате, но из-за жары за окном, запахи все эти заполнили помещение и набросились на Юрия Васильевича. Пот, чеснок, перегар, кислое чего-то, луком тоже, пережёванным и пережаренным, шибало. Бояре сидели в шубах, на коленях горлатные шапки, в руках посохи с каменьями. Все в золотой парче. Шуба ведь мехом внутрь, а снаружи чем богаче парча и цветастей, тем лучше. Под шубами не менее цветастые кафтаны, а под кафтанами те самые камзолы, в которых все принцы и дворяне щеголяют у многих авторов, пишущих про попаданцев. Невдомёк им, что камзол — это жилетка того времени и надеть её на приём во дворец без кафтана — это смертный приговор. Ну, представьте вы к Сталину в жилетке пришли на торжественное мероприятие — награждение.

Братик старший сидел на стульчике деревянном, на котором не очень умелый художник чего-то накарябал, потом неумелый ювелир вставил немного жемчужин, немного кусочков разного размера и формы бирюзы и до кучи сыпанул рубинами, обработанными под кабошоны. Того знаменитого костяного — резного трона ещё нет. Пока только этот.