Вторая правда

Раньше удавалось заставить недовольных уважать себя силой, но теперь такие методы не в чести.

Свернул с двухполосного шоссе на узкую дорогу, которая в конце концов привела его к дому на холме. Из темноты на свет фар выскочил человек и замахал руками, призывая остановиться.

– Франклин Делано Рузвельт! – ругнулся Бен. От резкого торможения машину занесло.

Через секунду он узнал Джима Хотчкисса. Того самого соседа, который сообщил о вероятных преступниках.

– Ага. Что-то ты долго…

На Джиме, как обычно, были комбинезон и плотная куртка. Этот худощавый человек растерял бо́льшую часть зубов несколько десятков лет назад, но редко пользовался протезами.

Старый полицейский сделал терпеливое лицо.

– Приехал, как только смог. Что ты там увидел?

– Двое ошивались возле сараев Хилла. С учетом недавних пожаров я решил, что лучше ты разберешься с ними, чем мне самому их шугать.

– Оружие у них видел?

– Они были слишком далеко, чтобы разглядеть. Да и темно… Может, там больше, чем двое, но двоих я видел точно.

– Отправляйся домой, ладно?

Джим посмотрел на шоссе:

– Подкрепление будет?

– Они знают, где я. Если что-то окажется мне не по зубам, свяжусь с ними по рации.

Скепсис на лице Джима задел самолюбие Бена. Он отмахнулся от Хотчкисса и поднял стекло. Холодный ночной воздух приморозил сухую траву вдоль дороги, а свет фар придавал ей серебристый оттенок. За тот короткий промежуток, пока стекло оставалось опущенным, салон успел совершенно остыть. Кули включил обогреватель и осторожно тронулся дальше, включив фары и глядя по обеим сторонами дороги на случай, если кто-то еще решит выскочить из темноты.

– Джим старше меня, – пробормотал он. – И думает, что я не могу за себя постоять. Придурок…

Он свернул на подъездную дорожку к Хиллу. Кто-то прибил к сосне пару покрышек в качестве указательного знака. Безвкусно, но эффективно: видно даже в темноте.

Стараясь не растерять тепло, Бен опустил стекло и на ходу прислушался. Дом Хилла впереди погрузился во мрак. За ним полицейский различил очертания широкого низкого строения и двух небольших сараев. Кули остановился рядом с домом – так, чтобы видеть сразу все три здания. Двигатель выключил, а фары не стал. И снова прислушался.

Луну заслоняли густые облака. Единственным источником света оставались фары. Бен не заметил ничего необычного.

Полицейский взял большой фонарь и вышел из машины. Одним крошечным светодиодным фонариком на поясе тут не обойтись. Держать в руке светящегося здоровяка было приятно: ощущение безопасности и мощи. Этот фонарь служил верой и правдой – им выбивали автомобильные стекла, колотили в двери и даже как-то зарядили одному парню в висок. Лет двенадцать назад на Бена напал наркоман, и Кули не преминул воспользоваться фонарем в руке.