Вторая попытка (СИ)

Отправили сюда из Петербурга в трюме парохода пару спешно изготовленных стволов, для него и для «России» — больше дать заводы просто не могли, и рассчитывать на отечественные стволы не приходилось.

Но этого хватило — теперь бортовой залп обоих «рюриковичей» возрос в полтора раза по весу снарядов — четыре 203 мм пушки вместо двух, и десять 152 мм, а не семь стволов, как прежде. А вот из многочисленной ранее противоминной артиллерии оставили только восемь 75 мм пушек Кане, резонно посчитав, что стрельбой столь мощной шестидюймовой батареи можно потопить любое количество вражеских миноносцев, которые рискнут атаковать броненосный крейсер.

Да их просто сметут огнем!

Да, у японцев орудия в башнях, но те прикрыты шестидюймовой броней, а она вполне пробивается 254 мм снарядами весом в четырнадцать пудов. И сейчас можно только пожалеть, что на русском флоте ввели «облегченные» снаряды вместо «тяжелых» — последние принесли бы в бою куда больше пользы. Достаточно просто сравнить с американскими или германскими пушками, что сейчас превращали своими фугасами небронированные оконечности «Фудзи» в «решето».

— Вот дает Вирен — он продольным огнем по «Идзумо» прошелся! Теперь Камимуре совсем не «сладко»!

Безобразов восхитился искренне, забыв про одолевавшие боли — врачи нашли у него какую-то смертельно опасную болячку, предупредили, что если опухоль будет разрастаться, то жить ему останется два-три года. Но какие два-три года, когда идет война и его в любом бою могут убить, как и тех офицеров и матросов, что уже погибли в сражениях. И будь его воля, он бы сейчас вышел на открытый мостик, вот только нарушать категорический запрет, причем «высочайший», никто из адмиралов, даже Макаров, не решился, тут дело такое, за браваду могут отрешить от должности. Раз начали стрелять, будьте добры господа адмиралы и каперанги пожаловать в боевую рубку и там находится до конца сражения.

И не обжалуешь — потому что на самого императора придется рапорт писать, чтобы государь свой же приказ отменил!

Безобразов посмотрел в бинокль на предпоследний в колонне вражеский корабль, третья труба которого стояла на отдаление от первых двух — характерный признак корабля французской постройки. У борта встали четыре высоченных всплеска от выстрелов главным калибром концевой «Победы» 254 мм снарядов. Прошло меньше тридцати секунд, и снова встали «столбами» четыре всплеска, чуть на отдалении — но то палил уже «Ослябя». Построенный для японцев во Франции броненосный крейсер «Адзума» взяли в «оборот» своим главным калибром сразу два броненосца — так было больше шансов поразить противника как можно быстрее.