Японская война 1904. Книга вторая

Генерал даже искренне включился в обсуждения и докинул пару задач по захвату и контролю некоторых населенных пунктов на будущем пути Восточного отряда.

Арсений Лосьев совсем не так представлял появление их выпуска в армии. В рассказах отца и старших товарищей назначение в будущий штаб всегда выглядело немного пафосно, а тут… Словно девиц в кабаке их разговорил разбитной казак, подал кому-то сигнал, и через какое-то время к ним подошел незнакомый подполковник.

— Поздравляю, господа, — таинственно усмехнулся тот. — Начиная с завтрашнего дня вы служите во 2-м Сибирском корпусе.

Тогда это им всем показалось странным, но, учитывая героические рассказы и слухи, что ходили о полковнике Макарове, молодые штабисты в целом были довольны тем, что случилось. Если бы они знали, что их ждет дальше… С самого утра их нашел адъютант полковника, поручик Зубцовский, и передал подписанные в канцелярии Куропаткина назначения в корпус. А потом уже от самого Макарова — на конкретные должности.

— Подождите! — возмутился Брюммер, когда осознал, что ни он, ни кто-либо еще не направлен в штаб. — Почему я приписан помощником к какому-то капитану?

— Капитан Афанасьев отвечает за артиллерию корпуса. Он же сейчас пишет статью обо всех наработках, что были сделаны на время этой войны. Без их изучения, без практики, как сказал полковник, брать вас в штаб нельзя.

Остальным достались похожие назначения. Бурков отправился к сотнику Врангелю, Борецкий — во 2-ю дивизию Шереметева, того самого подполковника, с которым они вчера познакомились. Сам Лосьев попал в 1-ю дивизию к Мелехову. Ну и граф Кутайсов получил направление в конно-пехотный батальон капитана Хорунженкова.

— А ведь вы заметили, что нас не просто так распределили? — спросил у остальных Лосьев, когда поручик вышел на улицу, чтобы дать им время собрать вещи перед переездом в корпус.

— Просто раскидали по частям… Чего тут особенного? — буркнул Брюммер.

— Вовсе нет. Каждый получил именно то назначение, которое лучше всего ему подходит. Тебе — артиллерия, Алексею, — Лосьев кивнул на Борецкого, — достались части, которые в 22-м полку чаще всего принимали на себя главный удар врага. Мне — части второй линии, которые контратакуют, а еще…

— Занимаются подготовкой позиций и снабжением, то, что ты любишь, — поддержал мысль Кутайсов. — И я тогда иду к казакам, потому что начинал в конной бригаде.

— Я вчера читал, что пишут в газетах о сражениях полковника, — задумался Брюммер. — Потом пытался представить, как именно он ведет себя в бою, как думает…

— Вместо сна? А наш Ганс Карлович-то возмужал, — хохотнул Лосьев.

— Да хватит! — Брюммер покраснел. — Тут главное, что пока полковник использовал кавалерию только в двух видах операций.