Японская война 1904. Книга вторая

Еще несколько минут чисто кавалерийских вопросов, потом обсудили дела артиллерии, и вот, когда Врангель с Афанасьевым ушли, из боевых офицеров остался только Хорунженков… Нет, потом Макаров еще отдельно соберет медиков, интендантов, железнодорожников и прочий нестроевой люд. Но сейчас именно он, Александр Александрович, остался на сладкое.

— Готовы? — впрочем, Макаров обошелся без лишних слов.

— Готов, — так же просто ответил Хорунженков.

— Помните, если придется выбирать между выполнением задания и уничтожением батальона, даже не думайте. Вы мне гораздо нужнее!

На душе старого капитана стало теплее.

Когда все разошлись, я еще раз склонился над картой будущих сражений.

Сейчас меня интересовал не только Ляоян или дорога к Корее, я смотрел на всю Маньчжурию. Через Мукден проходит река Хуан-хэ — не та самая «великая Китайская», но тоже мощная и широкая. Она всегда сохраняла опасность того, что по ней может подняться враг. Особенно учитывая, что, забирая на запад и на юг, она впадает в Ляодунский залив рядом с портом Инкоу. Местом, где всю войну Куропаткин ждал высадки крупных японских сил, которые одним быстрым рывком могли бы попытаться прорваться к нам в тыл.

Вот только японцы, хоть и использовали этот порт для пополнений и снабжения, ни разу так и не решились на подобный маневр, предпочитая держать Инкоу лишь как способ давления. Чтобы нашей армии в свою очередь приходилось держать значительные силы в тылу и на этом направлении. Кстати, если вспомнить еще не случившееся сражение при Ляояне, то обход Акиямы выглядел так страшно прежде всего потому, что наши генералы увидели неустановленные силы врага именно со стороны Хуан-хэ и Инкоу.

Вернее, сквозь Ляоян проходила не сама Хуан-хэ, а один из ее притоков — тоже немаленькая река Тайцзыхэ. На левом фланге она раскинулась прямо перед нашими окопами, потом уходила наверх, огибая Ляоян с севера. Центральные позиции армии Куропаткина в итоге оказывались без этого естественного прикрытия, и, возможно, как раз поэтому наши генералы ждали главной атаки именно с этого направления. Вот только японцы, словно назло, предпочли бить не там, где проще, а где слабее…

Так вот этой слабости могло и не быть. Если бы нам не приходилось держать до четверти армии в тылу, а собрать все на передовой, то даже без моего вмешательства все сражение могло пройти совсем по-другому. И именно поэтому, пользуясь паузой, по крайней мере для нашего корпуса, я сейчас отправлял Хорунженкова в новый рейд. Поддержать отступление Бильдерлинга мы сможем основными частями, и этим займусь я сам. А вот спуститься по Тайцзыхэ — причем спуститься достаточно быстро, чтобы никто не успел среагировать — могла только кавалерия, ну или мои конно-пехотные части.